Так что инициативы должны быть взаимными. Но я согласен, что вы пленник, у вас в переносном смысле руки связаны. Я помогу вам в надежде, что польза будет взаимной.

– Я так понял, что ваш шеф здесь и он дал добро на мою вербовку? – с усмешкой спросил Сосновский."

"– Не обольщайтесь, – холодно ответил собеседник, – я волен в своих поступках, так как пользуюсь определенным доверием и имею весомый статус в нашей организации. Но вернемся к делу. Проверка будет заключаться в следующем. Я устрою вам связь с вашими людьми любым удобным для вас способом, не давая вам личной свободы, однако.

Вы по своей связи передадите в Москву просьбу совершить нечто, что подтверждало бы ваши антисоветские позиции и решимость вести серьезную борьбу. Вашу просьбу выполняют, наши люди в Москве фиксируют эту акцию, и мы здесь возвращаемся к разговору.

– Вы предлагаете совершить террористический акт в Москве?

– Если вам угодно это так называть, – ответил Николай. – Речь не идет о терминологии. Мои условия: вы передаете информацию своему руководству со всеми возможными и приемлемыми предосторожностями. Меня ваши каналы связи не интересуют пока.

Вы доводите до сведения своего руководства факт контакта с нами и возможность сотрудничества. И указываете, что на данном этапе в силу лимита времени требуется проверка. В означенное время в определенном месте должен быть произведен взрыв. Разумеется, не за городом в лесу.

– А где? Вы хотите проверить наши возможности? Насколько мы серьезная организация?

– Например, на Красной площади, – развел руками Николай.

– Эффектно, – не дрогнув ни одним мускулом, ответил Сосновский. – Значит, массовые жертвы? Или вас Мавзолей интересует? Можно еще Исторический музей.

Послушайте, я готов сражаться, не щадя жизни, с большевистской властью, с коммунистами, но не со своим народом! Жертвы вам нужны? Кровь? Нам нужно заслужить любовь и уважение этого народа, а не истреблять его. Истреблять и так есть кому! Вы меня поразили недальновидностью политики вашей организации!

– Ну-ну, – улыбнулся Николай. – Полно вам. Это всего лишь проверка. Что бы вы могли предложить в качестве цели?

– Правительственные здания, здания партийного аппарата, НКВД – это все заманчиво, но это приведет к краху нашей организации.

Такие операции заканчиваются, как правило, плачевно. Большевики спустят с цепи свою свору и нас из-под земли достанут. За такие выходки придется платить жизнями многих товарищей. Такого они не простят. А мы не так сильны, чтобы тягаться с действующей властью. Такие акции хороши во время революций, когда расстановка сил очевиднее. Я предлагаю компромиссное решение.

Сосновский весь собрался в комок. Сейчас было нельзя ошибиться. Никак нельзя.