На голове небольшая шляпка с короткой вуалью, закрывающей верхнюю часть лица.

– Я была уверена, что вы придете, – сказала женщина и завела мотор. – Я сразу поняла, что человек вы решительный, Михаил Юрьевич."

"Голос этой женщины Сосновскому понравился. Глубокий, мелодичный. Не слащавый, скорее похожий на мягкое урчание пантеры. И черты лица своеобразные, даже привлекательные. Нос был великоват, но он не портил ее лица и даже добавлял образу харизматичности. А вот большие глаза были красивы. Сосновский сразу оценил это, когда женщина откинула вуальку.

– Вы меня знаете, а я вас нет, – сказал Михаил. – Это неправильно. Это нарушает гармонию предстоящего общения.

– Мое имя вам ничего не скажет. Можете обращаться ко мне Анастасия Эдуардовна.

– Очень приятно, – кивнул Сосновский. – Так я вас слушаю, Анастасия Эдуардовна.

Ее отчество понравилось Сосновскому. Не Ивановна, не Васильевна. Такие привычные имена в ходу у простого сословия, а эта дама явно не простых кровей. Дворянка, никак не меньше. И лет ей около тридцати. Значит, у нее было еще дореволюционное детство. С такими сложно, они свои детские воспоминания возводят в идеал, даже если они инфантильные и ложные. Только взрослые могут критически отнестись к своей системе ценностей.

– Вы ведь прибыли сюда в поисках новых контактов с потенциальными союзниками, не так ли? – не отрывая взгляда от дороги, спросила спутница.

– Честно? – усмехнулся Сосновский.

– Ну разумеется, – Анастасия Эдуардовна блеснула белозубой улыбкой. – Какой толк от контакта, если собеседники не будут искренними и честными друг с другом.

– О, еще какой толк! – засмеялся Сосновский. – Когда одна сторона хочет перехитрить и использовать в собственных целях другую сторону, хитрость просто висит в воздухе, как туман. Аж дышать нечем.

– У вас образное мышление. – Женщина снова улыбнулась, дипломатично отреагировав на замечание спутника.

– Ну понятно. – Сосновский снова стал серьезным. – Так вот, если честно, то обстоятельства моего приезда таковы. Я был похищен некими людьми, представившимися впоследствии членами Русского общевоинского союза. Когда я объявил, что являюсь членом подпольной антисоветской организации, мне сообщили, что со мной хотят вступить в контакт руководители РОВСа, а для этого меня нужно переправить сюда, в Харбин. И меня буквально этапировали через границу, не спрося моего желания. Я ответил на ваш вопрос?

– То есть вы не искали контактов за границей?

– Я вам рассказал, как все произошло, – парировал Сосновский, уйдя от прямого ответа. – А к кому мы едем, кто этот человек, который хочет со мной говорить?

– Это человек, который создал ультраправую партию, человек, который вдохновился идеями Муссолини.