Забралась в теплую воду и прикрыла глаза, чувствуя настоящее блаженство от того, что каждая напряженная и натянутая словно струна, мышца расслабляется.

Я уже начала засыпать, погрузившись в приятную негу, как из ласковых объятий Морфея меня выволок тихий, но настойчивый стук в окно.

Господи! Почему этот мужчина не может просто войти через двери? Почему нужно балансировать на грани падения? Он что, хочет размазаться кровавой лепешкой по тротуару?

Торопливо выскочила из ванной, укуталась в огромное махровое полотенце и помчалась в комнату.

Раздвинула шторы, да так и застыла, не зная, плакать или смеяться.

Глава 32

Штормов стоял за окном, едва умещаясь на карнизе, хмурился и держался рукой за трос, который спускался с крыши.

Я на всякий случай покрутила пальцем у виска, подсказывая мужчине, что такие поступки свойственным психам. Шторм пальцем ткнул в ручку на окне. Жестом попросил ее поднять.

Я бы отказала. Ведь обижена на него из-за обожаемой Лизы, которую я ненавижу каждой клеточкой тела. И вообще он любит только меня. Ведь говорил же раньше. Почему бы и не повторить этот подвиг вновь?

Но на отказ у меня не было ни шанса.

Ведь Штормов подмышкой держал букет ярко-алых роз на длинных стеблях. И выглядел при этом таким по-мальчишески озорным и романтичным.

Мое юное сердечко не смогло остаться равнодушным. Пришлось стремительно рвануть ручку и впустить мужчину в свою комнату.

Штормов легко перепрыгнул через подоконник. Отстегнул снаряжение и дернул за трос. Кто-то утащил все веревки и карабины вверх, а Дэн прикрыл окно и обернулся ко мне.

– И что означает сей подвиг? – на всякий случай поинтересовалась я.

– Телефон ты не берешь, а твою дверь сторожит злой цербер, – расплылся в улыбке Штормов, надвигаясь на меня.

 – Как же удачно я зашел!

Его взгляд заскользил по моему лицу, плечам, задержался на босых стопах с клочками тающей пены.

– Не вздумай, Шторм! – пригрозила я на всякий случай, но, конечно же, мое возмущение выглядело, по меньшей мере, смешно.

Штормов отбросил букет на постель, а сам принялся расстегивать пуговицы рубашки на своей груди. Мужчина при этом улыбался крайне коварно.

– Кир думает, что ты спишь, маленькая, – пробормотал Денис. – Будешь кричать? Я обожаю, когда ты выкрикиваешь мое имя.

– Денис Алексеевич, прекрати немедленно! – потребовала я, пятясь в сторону ванной.

– Верной дорогой идешь, Капитоша! – подмигнул Штормов, отшвырнул свою рубашку в угол комнаты и принялся расстегивать ремень на брюках. – Скажи, у тебя ведь небольшая ванна? Придется потесниться.

– Мойся сам! – гостеприимно предложила я и рванула в сторону гардероба.

Но Денис оказался проворнее. Подхватил меня и забросил на плечо. Я старалась громко не ругаться, даже не смеялась.