Накидка соскользнула, позволяя мужчине рассмотреть оголенную спину, не скрытую блестящей тканью вечернего платья.

Я вздрогнула, когда ощутила прикосновения мужских пальцев к позвонкам. Прикрыв глаза, я ждала действий Дениса. Мое тело откликалось на каждое движение, каждый импульс, каждый выдох моего мужчины.

Рукой Дэн перекинул волосы через мое плечо. И я не смогла сдержать стона, когда горячие губы скользнули по моему телу.

Повернув голову, столкнулась с диким, потемневшим взглядом Штормова. Штормовое море, бушующий океан, непокорный и чувственный.

Всем телом я подалась назад, утонув в его руках.

Мужская ладонь скользнула вдоль моих бедер, накрыла живот и притянула, вжала в напряженное тело, застывшее каменным изваянием в центре комнаты.

Жар затопил меня. Желание, неутолимое, дикое, стремительное терзало мое тело. И я уже была в шаге от того, чтобы умолять Штормова утолить эту жажду.

Рукой я вцепилась в ткань его костюма и прогнулась, прикрывая глаза от чувственного наслаждения.

– Хочу тебя! – прошептала я, упираясь затылком в его плечо.

Дыхание Шторма сжигало кожу на моем плече, шее, затылке.

И я не нашла силы, чтобы заставить себя успокоиться. Я хотела Штормова Дениса Алексеевича именно сейчас. Я любила его именно таким. И я до безумия соскучилась по нему.

Штормов чуть подался вперед, заставляя меня наклониться. Он, перехватив мои ладони, устроил их на бархатной поверхности стола. А я силой вцепилась пальцами в бортик. Облизнула пересохшие вмиг губы.

– Прости, маленькая, – прошептал он. – Не могу больше! Охренеть просто, как скучал!

Я услышала, как тихо звякнул ремень. Мне бы очнуться от этого наваждения, потребовать удобную кровать, конфеты, цветы, свидания….

Но я лишь с диким восторгом прижалась бедрами к возбужденной плоти моего мужчины.

Его руки пробрались под мое платье, скользнули под тонкую ткань белья.

– Чулки, Тоня! – простонал Штормов, прикусывая мое плечо.

Я тихо рассмеялась, но скорее мои звуки походили на рыдания.

Штормов стремительно сдернул трусики и рукой раздвинул мои бедра, подстраивая под свое тело. Его пальцы словно дразня, провели по возбужденным складочкам, и я вскрикнула от острого наслаждения.

– Терпи! – властно прошептал Шторм, а я прикусила нижнюю губу почти до крови и зажмурилась.

Пальцы Штормова настойчиво проникали все глубже. Его плоть, напряженная и бархатистая, замерла, едва касаясь моего тела, словно ожидая своей очереди, пока его пальцы вдоволь насытятся моей страстью."

"Я слишком сильно хотела, чтобы Шторм оказался глубоко внутри меня. И затрепетала, когда так и произошло. Его плоть осторожно проникала, заменяя собой мужские пальцы. А я лишь прогнулась, пытаясь вобрать его еще глубже.