Все Ил-76 и Ан-22, которых было всего пять штук, никуда не собирались.

Повезло, что прилетел ещё один Ил-76 на дозаправку перед вылетом на Чкаловскую. Договориться с командиром корабля было не сложно, а с представителями таможни ещё проще.

Когда я собирал вещи в палатке, меня провожали несколько человек. Больше всех переживал Кеша. Мой друг уже отвык без меня быть на войне.

— Больничка, месяц отпуска и сюда опять? — спросил у меня Батыров, провожая до самолёта.

— Ну, пока такой план. Пока ещё я и Тобольский откомандированы сюда.

Мы подошли к открытому грузовому люку Ил-76, в который затаскивали несколько больших ящиков.

— Кстати, у меня получилось уговорить до твоего приезда оставить Олега Игоревича. Потом ты его заменишь в должности командира местной вертолётной эскадрильи.

— К чему это? Ты ведь знаешь, что Тобольский здесь нужен.

Димон пожал плечами, не зная что ответить. В это время завершилась погрузка, и бортинженер пригласил меня зайти на борт. Обернувшись, я увидел как быстро к самолёту бегут множество людей в гражданке.

Это была та сама испытательная бригада, с которой мы работали над Ка-50. Посмотрев дальше, я заметил и единственный оставшийся образец новейшего вертолёта.

— Да, и самое главное, придётся тебе в Москве перед госпитализацией кое-куда заехать.

— И куда же?

К нам подошёл старший инженерной бригады и поздоровался.

— Вух, мы рады, Сан Саныч, что вы с нами потом поедете в Люберцы. Вас там ждут на совещание.

Я слегка был шокирован. Меня ждали на фирме Камова.

Глава 10

В грузовую кабину Ил-76 продолжали затягивать Ка-50. Первоначально занесли лопасти и сняли втулку несущего винта, чтобы вертолёт смог пройти по высоте. Места на «Илюше» для этого вертолёта достаточно.

— Сан Саныч, и вы ничего не скажете? Вас лично генеральный конструктор попросил быть на совещании на Ухтомском вертолётном заводе, — продолжал меня спрашивать старший инженер испытательной бригады.

Да уж! Такими темпами я в отпуск доберусь ещё не скоро. А ведь ещё ВЛК нужно в госпитале пройти. В Центральном научно-исследовательском авиационном госпитале в парке Сокольники в Москве, сделать это ещё тот квест.

— Так что вы молчите?

— Дар речи потерял от радости, товарищ инженер. Насколько я понимаю, приглашение сделано в добровольно-принудительной форме? — повернулся я к Батырову.

— Именно в такой форме.

— В Люберцы, так в Люберцы, — сказал я.

Инженер обрадовался и ушёл руководить погрузкой техники. А я слегка задумался над столь интересным предложением.

— Кто мне дал такую команду, Димон? — тихо спросил я у Батырова.

— Обратились к Чагаеву, а он уже вниз по цепочке. Ты конечно можешь не пойти на это совещание. Но тогда позвонят в Торск, и полковник Медведев будет недоволен.

Отказываться я и не собирался.