После станции перекачки в районе авиабазы Тифор замелькали оборудованные позиции правительственных войск. Обсыпанные земляными валами, они располагались близко к дороге. При этом трассу и пустыню контролировали. Чем ближе к Пальмире, тем чаще попадаются под нами сгоревшие остовы машин и разбитая бронетехника.

— Техники много побили. Как сирийцы город отвоёвывать собираются? — спросил Карим, когда мы выполнили отворот от колонны машин, следовавшей под флагом Сирии в сторону Тифора.

Над головным бронетранспортёром развивался красно-бело-чёрный флаг с двумя зелёными звёздами.

Периодически попадались и отдельные пикапы иранского и японского производства, в кузове которых стоял пулемётчик.

— Это тот самый треугольник Пальмиры? — указал Сабитович на развилку перед въездом в город.

— Точно так. Кто держит Пальмиру, у того ключ к входу в пустыню, — ответил я, начиная отворачивать влево.

Как раз сейчас нам нужно было подать условный сигнал.

— Отстрел, — скомандовал я, и Могилкин начал работать с панелью автомата отстрела АСО-2В.

Тут же я для себя решил отметить красивый вид Пальмиры на закате. «Невеста пустыни», как её ещё называют, окружена естественными преградами в виде гор на севере, западе и юго-западе.

На восточной и южной окраине простираются сухие равнины и вулканического происхождения базальтовые пустыни. Вся пустыня в окрестностях Пальмиры будто окрасилась в красный цвет, настолько сочным выглядит земная поверхность в лучах заходящего солнца.

— Мне это строение что-то напоминает, — сказал Могилкин, указывая на монументальные триумфальные ворота при въезде в исторический город.

— Обложка учебника «История Древнего мира» за 5 класс, — ответил я.

— Точно! — обрадовался Петя.

Огромная двадцати метровая арка опирается на двойные колонны, две небольшие арки по краям вели в боковые крытые улицы. Улица Больших колоннад пересекала город из конца в конец. Во всю её длину тянулись четыре ряда колонн. Такие колоннады были типичным украшением римских городов.

Можно вечно любоваться красотой древнего города, но у нас есть работа. Облетев северный склон ближайшего горного хребта Джебель-Неейсер, я начал подбирать площадку в пустыне. Каменистый склон сейчас по правому борту, и на нём уже видны позиции мятежников.

Небольшие опорники с установленными крупнокалиберными пулемётами распределены по всей площади вытянутого хребта. Инстинктивно хочется сейчас сманеврировать и уйти от огня, но всё тихо.

— Не огрызаются, — сказал Карим, когда мы пролетели точно над небольшой позицией боевиков со стоящим рядом белым пикапом.

— Соблюдают договорённости, — добавил я, высматривая место для посадки. — Площадку наблюдаю.

Ручку управления начал отклонять на себя, чтобы начать торможение.