Господи! Если переживу этот бой, всё сделаю… Ну а если что, я только лишь мельком представил, что может произойти, – то лучше мне его и не пережить…

Мы уже полностью были готовы, когда от устья Хрустальки показалась тёмная масса людей. Я удивлённо посмотрел на Хатака, приближались-то они совсем с другой стороны.

– Там племя стояло, – ответил на мой невысказанный вопрос Хатак. – Видно, не первый день за нами наблюдают. Мы-то за Хрустальку, считай, не ходим. Вот они там и затаились. Нахрапом не взяли, теперь всеми навалятся.

– Значит так, воины.

Как рассказывал мудрый Хатак, Старые Люди – парни крепкие. Нам с ними в ближний бой вступать нужно как можно меньше, а лучше совсем не нужно. Поэтому встаём в первую линию я, Хват, Крук и Батор со щитами и копьями. За нами Хатак и Сильвер, а прикрывает их щитом Яр. Ты, мой старый друг Хатак, будешь кидать сулицы до последней возможности. Потом возьмёшься за копьё. Ты, Сильвер, будешь биться моей Прелестью. С твоей силой и длиной рук – самоё оно. Доверяю её тебе, не подведи.

Сильвер с горящими глазами принял оружие.

– Вождь, я…"

"– Потом, Сильвер, – прервал я его, – всё потом. Работайте из-за наших спин, вперёд не лезьте. Яр, прикрывай их. Мы – первая линия, никаких геройств: увижу, что кто-то кинулся подвиги совершать, сам убью… потом. И не забывайте, чему я вас учил! По моей команде стреляем из луков до тех пор, пока Хатак не скомандует кидать дротики. Потом прикрываемся щитами и работаем копьями. Не вываливаемся! Если копьё застрянет или ещё что, не дёргаем его, не пытаемся вытащить, сразу бросаем, чтобы не терять время, и бьёмся дальше клевцом.

Прикрываем друг друга.

Мало внимания я уделял таким вещам, как бой строем, ой мало. Но, надеюсь, и такой строй, а также щиты, а того больше – луки сильно удивят неандертальцев. Я окинул взглядом своё невеликое воинство, сосредоточенно внимающее мне, а потом посмотрел на приближающуюся тёмную угрожающую массу, которая начала распадаться на отдельные фигурки.

– И помните! За эту ограду они войдут, только перешагнув через наши мёртвые тела. Здесь нет ничего, принадлежащего Старым Людям.

Только боль и смерть! Только это мы можем предложить им! И сей еды мы отвалим им полной мерой! Русь! – вздымая копьё в февральское небо, закричал я. – Русь! Русь! – Так требовала душа. – Русь! Русь! Русь!

– Русь! Русь! РУСЬ!!! – закричали мои соплеменники.

И в ответ им закричала, завыла, заулюлюкала приближающаяся толпа.

– Кучно держатся, – ощерился я, глядя, как Старые Люди перешли на бег, подбадривая себя воплями и потрясая оружием. – Какие правильные ребята. Как это мило с их стороны.