Он хотел смотреть?

Пусть смотрит! Пусть наслаждается, пока я стираю очередной внутренний блок, продвигаясь дальше. Глубже.

— Оближи пальцы! — Снова грубый и пошлый голос ненадолго вырывает меня из собственной нирваны. — Вот так. Да! Сладкая девочка! Моя…"

"И от его ""моя"", сказанного низким грубым голосом, в голове снова что-то щелкнуло, задевая оголенные нервные окончания и повышая градус.

Только мне было мало. Тело просило, требовало, умоляло о большем. О том, чего я лишала себя на протяжении последних несколько лет.

Я не успела заметить, в какой момент Артур оказался рядом, на коленях передо мной. Рывком убрал мою руку и, раскрыв максимально широко пальцами нижние губки, лизнул самое чувствительное место, взрывая миллионы искр удовольствия во всем теле.

В глазах потемнело от запредельного кайфа.

А он продолжил ласкать меня языком, проникая им внутрь и помогая себе пальцем.

Мир поплыл, теряя очертания реальности.

Одной рукой я вцепилась в край стола, чтобы не упасть, а второй прижимала к себе его голову, толкаясь бедрами навстречу его горячему и наглому языку. Творящему со мной такое, что я временами переставала соображать, что происходит, кончая раз за разом и шепча бессвязно его имя пересохшими губами.

— Артур! Артур! Мамочки, да-а-а! — сотрясаясь от очередной волны оргазма, простонала я, выдвигая вперед бедра, и неожиданно почувствовала толчок внутрь себя.

Что-то большое, твердое, напористое.

Открыла глаза и охнула, ощутив легкий дискомфорт, который тут же унесла очередная волна сладкого спазма.

Когда он успел поменять положение?

Артур стоял, держа меня за бедра, и медленно, раз за разом, погружался глубже. Словно натягивал на себя. Плавно и мучительно долго.

Я приготовилась к боли, сжалась, но… ее не было!

Совсем.

Было… необычно и сладко. Каждое его движение внутри сопровождалось новым витком удовольствия. Новой потрясающей гранью чистейшего наслаждения, о котором до сегодняшнего дня я даже не подозревала. Не знала, что такое вообще возможно и что способна испытывать подобное!

Артур стоял, закинув назад голову. Входил и выходил, наблюдая за мной из-под полуприкрытых век.

На лбу проступили вены, крылья носа жадно раздулись. И все-таки какой же он потрясающе красивый!

— Посмотри влево, — прохрипел, замедлившись на мгновение. — Тебе нравится то, что ты видишь?

Я и забыла, что в той стороне висело зеркало в половину человеческого роста, и сейчас, несмотря на полумрак и тусклое освещение комнаты, в нем хорошо и четко отображалось все то, что творилось между нами.

Потные разгоряченные тела, затуманенные взгляды и откровенные, пошлые, грязные, но такие возбуждающие движения бедрами навстречу друг другу.