Всё было сделано в один день не зря. Кое-что оставалось незавершённым. И именно потому, как только последние награды были вручены, речи сказаны, а залитая огнями крепость погрузилась в тёплый вечерний гул — император и мой генерал покинули площадь.

Они удалились в кабинет. Я даже не смогла дождаться Бориса. Так и уснула в его спальне.

Потом я узнала, что они решали, как быть с прорытым туннелем, который наверняка соединял горы кочевников и наши земли.

И все же решили завалить «коридоры» и за долгие годы впервые отправиться в горы на разведку, чтобы понаблюдать за кочевниками. Так был организован патруль из тридцати воинов.

И, конечно же, едва ли без моего генерала могло обойтись.

Кроме того, император тоже отправился туда.

Провожать мужа в очередную миссию было так… привычно.

Я стояла на крепостной стене и смотрела вдаль. В то время как другие воины проверяли по приказу генералу ловушки вокруг форта.

Вместо первой брачной ночи, которая вроде бы должна была быть у нас, я снова смотрела вдаль — на то, как воины на лошадях выдвинулись в путь.

Смотрела на непривычно белоснежные волосы, которыми стали волосы моего супруга после последней битвы.

Подробностей я не знала, туман все закрыл от меня, но мой генерал обмолвился: такой мясорубки он ещё не встречал. И я верила ему.

А ещё — благодарила драконьих богов, которые благословили моего мужа и подарили тому зверя.

Ведь если бы не ящер внутри него — то он бы погиб от того метко брошенного копья.

Я обнимала себя за плечи. Оставалось только ждать.

А ещё… тот самый Лорейн стоял неподалёку от меня. Он знал, что я могу слышать кочевников — и был осведомлён и предупреждён: стоит мне только сказать — весь гарнизон будет поднят по тревоге.

Я надеялась, что этого не понадобится.

Как всё же бывает причудлив мир. Бедняжку Элеонору отравили, и на её место пришла я. Мой муж тоже пришёл в тело герцога и очнулся на поле боя. В самом форте, и первое, что увидел, была зубастая морда твари, что пыталась вцепиться ему в лицо. Навыки рукопашного боя помогли супругу отбросить кочевника от себя. А там тот подобрал короткий клинок. Мечом муж не владел, но пользоваться ножом умел. Это и спасло ему жизнь.

А потом он привыкал к новой жизни и новым правилам войны. Он успел рассказать, как искал меня в глазах других женщин, но даже намёка не было. И тогда он понял, что он тут один. И просто занялся тем, что у него получалось лучше всего. Воевал. Так началась его жизнь в этом мире.

Я перекрестила Бориса по привычке на дорогу и посмотрела вдаль. Фигуры всадников стали едва различимыми.

Целую неделю не было вестей. Я волновалась, но верила в силы моего дракона. На восьмой день в форт пришёл обоз, который я собирала. Потом я занялась его разгрузкой и распределением товаров.