Может, в чьих-то глазах такой человек как Лиам достоин помощи, и, если не прощения, то хотя бы быстрого финала, однако я не настолько добрая. Этот мужчина забрал не один год моей жизни. Он исказил мою любовь, использовал, как ему заблагорассудится, а ещё ради своей задетой гордости с наслаждением толкнул меня в пучину отчаянья.

Нет, во мне нет столько всепрощения. Это моя месть, моё отмщение, и я буду наслаждаться им так долго, сколько того пожелаю.

— Сердце моё, — проурчал мне на ухо Даньян, вырывая из размышлений. — У тебя даже румянец на щеках загорелся.

Так нравятся его страдания?

— Ещё спрашиваешь, — хмыкнула в ответ, любуясь не менее довольным Даньяном. — Сам, вон, весь светишься от упоения и чуть ли не урчишь от удовольствия.

— И то верно. Однако для полноты счастья мне всё равно необходимо сломать ему парочку костей, — прозвучала серьёзная угроза, способная напугать кого угодно. Кого угодно, но только не меня.

Отложив уже изученный пергамент в сторону, я нежно сжала ладонями лицо Даньяна и ласково, но строго протянула:

— Дани…

— Не беспокойся, — правильно меня понял Даньян, — долгой и мучительной жизни твоего бывшего мужа это не помешает.

В благодарность за такое терпение я подарила своему возлюбленному поцелуй. Вначале невесомый, скорее игривый, чем серьёзный, но он почти сразу наполнился страстью, перерастая в вихрь из бумаг и лишней одежды. Хорошее настроение всегда пьянило лучше вина, а в остальном нам и так было трудно держать себя в руках — у нас словно был медовый месяц на поле боя, где каждый спешил жить здесь и сейчас.

Как хорошо, что в это время нас редко кто-то отвлекал, чем мы бессовестно пользовались.

Вот и сейчас насладившись украденным временем, мы с трудом оторвались друг от друга и вернулись к обсуждению дел.

— Какие у тебя планы на сегодня? — спросила у Даньяна, пока затягивала шнурок на манжете его рубашки. Быстро закончив с этим, я повернулась спиной к моему мужчине, и он без лишних вопросов принялся помогать мне с корсетом, пока отвечал:

— Начнём осваивать горную тропу, о которой я вчера рассказывал. А ты? Опять будешь помогать с летающей ладьёй?

Неодобрение в голосе Даньяна меня позабавило. Словно вся работа лежала не на той же Коре, а именно на мне.

"

"— Конечно, — сказала я, одновременно с этим орудуя гребнем, чтобы усмирить буйство своих волос, — основной прототип почти готов, остались лишь доработки, и чтобы не потерять первый воздушный корабль, моя летающая нечисть должна его страховать. — Поймав взгляд наполненный волнением, поспешила уверенно добавить: — Мне ничего не угрожает, зато моя помощь значительно ускорила весь процесс.

Естественно ничего из вышесказанного не успокоило Даньяна.