Поднимаю взгляд на Ледзора, киваю в сторону лежащих на койках альвов:

— Перенесите в автобусы вот этих десятерых. Детей и стариков. И прихватите Его Высочество лорда Феанора."

"«Его Высочество» сейчас смотрится особенно величественно — растянувшийся на полу, бессильный и с следом слюны в уголке губ.

Задерживаюсь на мгновение, затем добавляю небрежно:

— Также я забираю пятьдесят заражённых альвов-воинов. Зела и Бер тоже прокатятся. Они тебе всё равно не нужны, верно, Одиннадцатипалый?

Морхал задумчиво поглаживает бороду пятерней:

— В принципе, не нужны. Тем более Бер.

— Что⁈ — Бер резко вскидывается.

А Одиннадцатипалый продолжает тем же ровным тоном:

— До сих пор монахи устраивали мелкие вылазки, и десяти процентов наших сил хватало, чтобы их остановить.

Бер открывает и закрывает рот, но слов не находит. Его взгляд мечется между мной и морхалом, словно ищет поддержки.

Я киваю. С логистикой разобрались.

— Отлично.

Разворачиваюсь и поднимаюсь наверх, оставляя Бера разбираться с новыми реалиями.

Наверху всё идёт своим чередом. Фирсов курит, наблюдая за сугробами. Дым сигареты быстро растворяется в морозном воздухе.

Мерзлотник лепит снеговика с помощью магии — у фигуры вместо глаз куски льда, в руках зажаты сосульки. Похоже, на боевого снеговика. Шаровой тоже курит, а Веер разглядывает своё отражение в металлическом зеркале, поправляя выбившиеся из-под бронешлема волосы. Всё спокойно, но это ненадолго.

Фирсов бросает на меня косой взгляд.

— Ну что там, Филинов? Чего так долго возился?

Пожимаю плечами,

— Да просто общался с будущим попутчиком. Сейчас загрузят новых альвов, и двинемся обратно.

Фирсов хмыкает, выпуская в воздух ещё одну порцию дыма.

Про «попутчика» ликвидатор не уточнил, ну и ладно.

Погрузка занимает не больше десяти минут — всё отработано до автоматизма. Особенно когда зомбированные альвы не сачкуют. Группа «Тибет» запрыгивает в «Буран», я вместе с Зелой и Бером захожу в автобус.

Внутри тишина. Воитель Феанор лежит, надёжно пристёгнутый ремнями. Рядом с ним к койкам закреплены несколько альвов, которых мы забрали для лечения. Ремни необходимы — на таких дорогах без фиксации они разлетелись бы по салону.

Автобус плавно трогается, гусеницы глухо скрежещут по замёрзшей земле.

За окном тянутся суровые пейзажи — пустынные поля, заснеженные перелески, замёрзшие холмы. Не знаю, что принцессе Чилике так нравится в Антарктике. Хотя, скорее всего, это просто упрямство. Мол, наша страна самая южная, и пусть весь мир с этим смирится.

В какой-то момент Зела садится рядом, но я почти не замечаю её — взгляд прикован к окну, мысли утекают в глубину. Артефакт удалённой телепатии передаёт знакомое ощущение. Холодное. Пронзительное.

Чужие мысли. Монахи.

Впереди засада. Прямо на нашем пути.