Снова пересев поближе, спокойно произношу:

— Ирина Герасимовна, тут назревает один вопрос из-за кончины вашего отца, и когда вы вернетесь в Буян, он будет еще актуальнее.

— Что за вопрос, Данила Степанович?

— Вопрос кандидатуры нового главы княжества. Скажите, вы бы хотели стать княгиней Буяна?

Она резко смущается, взгляд тут же метается в сторону, будто пытается спрятаться за внезапный интерес к пейзажу.

Но потом…

Она быстро бросает взгляд на Светку. Блондинка смотрит на неё в ответ с прищуром.

Ирина сглатывает, проводит рукой по одежде, будто нервно проверяя, что она всё ещё на месте. Наконец, княжна решается, делает глубокий вдох, выпрямляет спину, поднимает на меня взгляд и выдаёт:

— А вы хотели бы стать моим князем?

Глава 7

Невский замок, Невинск

В гостиной Лакомка покачивает Олежека на руках. Малыш прижимается к ней тёплым комочком, лениво шевелит крошечными пальчиками и с интересом глазеет на бабушку рядом.

А вот королева Алира сидит напротив с трагическим видом. Спина идеально прямая. Взгляд — рассеянный, устремлённый куда-то вглубь воспоминаний. Волосы, сверкающие в отблесках огня, уложены в изысканную прическу, каждая прядь на своём месте. Но вот в глазах печаль, воспоминания, что-то неуловимо тревожное.

Лакомка выбирает момент. Раз мама тихая, значит, пора копать правду — желательно с лопатой, а лучше сразу с экскаватором.

— Мама, а кто такой этот… Мефистогиль, которым ты называла моего мелиндо? — её голос будто бы звучит легко, почти небрежно, но в нём сквозит требование. Лакомка прекрасно помнит, как мать, не стесняясь, повисла у Дани на шее. И, признаться, в этом жесте не было и в помине чувств, которые испытывает теща к зятю. Скорее, там скользнуло нечто личное. Слишком личное.

Алира глубоко вздыхает, её плечи чуть опускаются. Наконец, она поправляет:

— Мефистофель.

Наступает пауза. Напряженная, вязкая. Затем королева устало улыбается и тихо произносит:

— Я тоже любила рогатого мужчину, доченька… Ты вся в меня."

"Лакомка удивленно переглядывается с Олежеком. Малыш, конечно, не понимает слов бабки, но эмоции считывает на отлично. Сын телепата, как пить дать.

— Как это «любила»⁈ — выдыхает она. — А как же папа?

Королева смотрит на неё с грустью, но в её глазах уже нет колебаний — она решила говорить откровенно.

— Это было ещё до встречи с твоим отцом, — произносит она, запуская пальцы в подол своего платья, словно пытаясь найти в ткани опору. — Мефистофель был необычным. Не таким, как остальные. Чуткий, внимательный… и очень не любил низкие потолки. Из-за рогов.

— Я поняла, — кивает Лакомка.

— Но потом он исчез. Без предупреждения, без следа. Я так и не узнала, почему… — её пальцы сильнее сжимают ткань.