Потому капитан и инквизиторов не стал звать, даром что те тоже могли навести порядок на кладбище, просто полностью лишив магии пространство вокруг себя. Но, видимо, кто-то из его людей или случайных свидетелей, все же позвал, раз Клаус явился.

Винсент вдруг понял, что поспей записка вдовы Ивара прежде вестника Эреварда, кладбище бы действительно упокаивал Клаус. Ивар жил в соседнем квартале, туда пять минут быстрым шагом. И не растрать Винсент изрядную долю силы прежде, чем оказался у тела друга, попытался бы поднять его и разобраться, не дожидаясь утра. Пятнадцать человек остались бы живы.

Погибли бы домочадцы Ивара, сам Винсент, Инга бы оказалась в лапах инквизитора. Он содрогнулся при этой мысли.

– Вот-вот, – назидательно воздел палец Стерри. – Профессор некромантии передергивается, вспомнив, что там творилось! Представляешь, какой выброс должен был быть? Девочка чудом жива осталась, дешево отделалась.

– Говорят, память вернется? – не слишком уверенно подала голос Инга, а Винсента снова обжег страх жены."

"Чего она боялась сейчас? Что в ее – даже не ее – прошлом обнаружится что-то постыдное? Что-то, способное его оттолкнуть – понял Винсент и едва не рассмеялся.

Глупышка. Едва удержал порыв потянуться к ней даром, успокаивая: не при свидетелях. Но, видимо, какая-то эманация донеслась, потому что и самого его коснулось тепло, а из позы жены исчезло напряжение.

– Вернется, – подтвердил Освальд. – Но пока этого не случится, невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть, связано ли покушение с вашим даром или вами лично.

Надо бы спросить разрешения у жены и поговорить с наставником. Конечно, Агнета в городе, и даже в ремесленном квартале явно не одна, но выяснить, какая из них пропала, не так уж сложно, достаточно лишь настойчивости и серебра.

Просто чтобы окончательно узнать, кем была та девушка и не придется ли Инге столкнуться с призраками из чужого прошлого.

Стерри фыркнул:

– Что общего может быть у девчонки с такими руками…

Инга попыталась спрятать кисти в складках юбки. Винсент ободряюще улыбнулся жене. У нее чудесные ласковые руки, а что пока на них видны следы тяжелого труда, его вовсе не беспокоило.

– …с зазнайками-магами? – закончил Стерри.

– Муж, например, – не остался в долгу дознаватель.

Винсент остановил взглядом вспыхнувшую жену. Произнес с нарочитой ленцой:

– Я чего-то о себе не знаю?

– Нет, – поторопился ответить Освальд. – Я выбрал неудачную формулировку. В смысле, все мы иногда неудачно шутим. Прошу прощения… и у вас, Инга.

Жена едва заметно склонила голову, словно королева, принимающая знаки внимания подданного – когда только успела нахвататься.

– Я вовсе не имел в виду ничего неподобающего, – закончил, наконец, Освальд.