Сколько насильственных смертей бездарей на счету ведьмы, сказать не могу. Как и – часто ли после стражи родичи покойного бездаря звали некроманта; нужно поднимать записи коллегии. Навскидку – не больше полудюжины за последние три месяца. Еще пару раз меня просил помочь сам Эревард, но в них не было ничего интересного для нас сейчас.

– Как в том трупе на практике? – полюбопытствовала я.

Винсент кивнул, улыбнувшись. Стерри поставил на стол опустевшую чашку.

– Если я ничего не путаю, Эревард из низших сословий, и в университет его привела инквизиция до того, как проявился дар.

Могу ошибаться, всех не упомнишь. Потому я бы не исключал его, пока не удостоверюсь в том, что он не ведьмак. Постараюсь вспомнить, кто контролировал его пробуждение, и поговорить. – Он пожевал губами. – Впрочем, я бы и тогда его не исключал.

Винсент вопросительно посмотрел на него.

– Потому что мы имеем дело с менталистом, и этот факт кроет любые наши рассуждения как бык овцу! – Стерри хлопнул ладонью по столу так, что я подскочила.

Рявкнул: – Как я могу верить чужим воспоминаниям, если не могу убедиться, что они истинны? Как я могу верить своим воспоминаниям? Вдруг на самом деле твой дар пробудился вовсе не посреди рынка?"

"Озноб пробежал по моей спине. Возможно ли подменить память? Впрочем, о чем я, это возможно и безо всякой магии, я читала о подобных исследованиях. Никаких чудес, тайных методик и сверхсекретных лекарств.

Просто рассказать небылицу, удивившись, дескать, как это ты не помнишь? Было, точно было! Просто задать некорректный вопрос, типа какой глаз подозреваемый подбил жертве при том, что оба глаза целы. Да, срабатывает не со всеми, но чаще всего – срабатывает. Мозг, столкнувшись с лакуной в памяти, достроит детальки сам и сам же уверится, что это настоящие воспоминания. Потому никогда нельзя безоговорочно верить свидетелям и мемуарам. Да что далеко ходить – не далее как вчера Кэри, услышав краем уха про приворот, домыслила, что он удался, жертвой стал Винсент, а затеяла все я.

Но если так – до каких пределов может дойти магия? И что если я – вовсе не я? Что, если не было никакой Инги, детдома и меда, а была лишь Агнета, девушка с въевшейся в трещины рук грязью и не имеющая денег на новое платье?

– Что такое? – разом вскинулся Винсент.