Кто с ним знаком, поймет причины моего, да и папенькиного беспокойства.

Речь получилась пламенной, даже немного обвинительной. Но Тверг почему-то снова как-то криво улыбнулся. И даже расслабился.

— Мы проверим это, — кивнул он сам себе. — Скажите, вы знакомы с Кейдрином Полом?

— Понятия не имею, о ком речь! — совершенно честно призналась я.

Это имя я слышала действительно впервые и даже не раздумывая ответила на поставленный вопрос.

— И вы, конечно же, совершенно случайно оказались в городе в тот день, когда, по моим сведениям, из Эйриха должна быть вывезена крупная партия контрабандных драгоценных камней.

Я открыла и закрыла рот, понимая, что совершенно зря волновалась, что меня повесят за побег от жениха. Нет, мне отрубят голову за контрабанду. Притом за ту, о которой я ни сном, ни духом."

"— Понятия не имею, о чем вы говорите, — отчеканила я, собравшись с силами. И непроизвольно потерла шею, словно уже ощущала, как холодит кожу топор палача.

— Очень странно слышать это от девушки, которая шушукается с капитаном Корном по углам, — как-то нервно прокомментировал услышанное Тверг.

— А мне кажется, что весьма странно обвинять девушку, ведущую светские беседы с капитаном корабля, во всех смертных грехах. Вам не кажется?! Вы не подумали, что капитан, в силу того, что побывал практически во всех концах света, просто очень интересный собеседник? По вашей логике, поздоровавшись на улице с человеком, которого подозревают в убийстве, я стану соучастницей убийства?

В глазах Лиама Тверга вспыхнул какой-то нехороший, огонек. Мне даже стало жутковато под этим взглядом.

Но спустя мгновение он отвернулся, поднялся с места и отошел к небольшому бару.

— Вина? — предложил он неожиданно.

— Я не люблю алкоголь, — отказалась я. — Но буду признательна, если вы позволите мне, наконец, отправиться домой. Ночь на дворе, а мне завтра рано вставать…

Лиам Тверг обернулся, снова наградив меня тяжелым взглядом. Но спросил неожиданно мягко:

— Еще один вопрос! — его голос стал низким, тихим, чуть вибрирующим, словно он собирался с силами и мыслями, чтобы произнести то, что пришло ему на ум. И от этого голоса у меня по коже пробегали мурашки, а в груди что-то отзывалось непонятной дрожью. — Силин, вы никогда не жалели о том, что… покинули дом? Не хотели бы вернуться?

Это был странный, выбивающийся из общего разговора и обескураживающий вопрос.

— Мне абсолютно не о чем жалеть, — поднявшись с кресла, отрезала я. — Кроме потраченного впустую времени. Вы позволите уже мне удалиться?

— Как пожелаете, — рявкнул Тверг, в который раз сменив настроение.

И меня снова объял тот самый туман. А спустя мгновение я была во дворе своего дома. Правда, в этот раз равновесие не теряла. Разве что душевное.