Понимая и принимая тот факт, что вот она – его женщина, рядом! И будет рядом всегда!

Реальность уплывала. Он оглох и ослеп, погружаясь с головой в окутавшую их невесомость. Соня отстранилась, прервала поцелуй. Придерживая его руку ладонью, она поднесла почти истлевшую самокрутку к губам и, втянув сладкий дым, снова прижалась к нему губами. Одно дыхание на двоих.

Прерывая происходящее, у Амира зазвонил телефон. Он отстранился, тяжело дыша, прижался лбом к ее лбу, осторожно провел по щеке пальцем:

- Не отпущу… - А потом резко отступил, потянулся за телефоном, - Да! – рявкнул в трубку.

- Елку привезли. Что с ней делать?

Амир обернулся к Соне и, прикрыв трубку ладонью, повторил слова Глеба.

- Наряжать? – вскинула брови Соня.

Амир с удовольствием отметил, что она взбудоражена не меньше его. Её грудь часто вздымалась, натягивая тонкий трикотаж футболки острыми пиками возбужденных сосков.- Наряжать! – повторил Амир в трубку. – Прямо сейчас? – снова повторил вопрос Глеба. – Ты вообще как себя чувствуешь?

- Идеально!

- Сейчас, - бесстрастно проговорил он, едва сдерживая зарождающийся в груди смех. Нажал на отбой и удивлённо покосился на пытающуюся сползти с кровати Софию. – Эй, ты куда собралась?

- Так ведь наряжать елку?"

"- Ты сама это хочешь сделать?

- Ну, конечно. А что?

Амир все же рассмеялся, чуть привалившись к стене:

- Ничего! – замахал он руками, - сама – так сама! Пойдем.

Их первый за много лет вечер прошел идеально. Они перебрались поближе к елке, стащили с дивана подушки и, расположившись прямо на полу, подкурили еще один косячок. Игрушки искать было лень. Соня предложила альтернативу – конфеты и мандарины, правда, позже в ход пошли все имеющиеся в доме фрукты – бананы, красные яблоки и гранат. Лежа украшать елку было очень удобно. Жаль только, не везде достанешь… Они глупо хихикали и целовались, а потом, запрокинув головы, пытались рассмотреть в огромных окнах на потолке хоть какие-то звезды. На кой черт им это понадобилось – непонятно. Но интересно было обоим.

- Как оно, когда знаешь и понимаешь так много? – ни с того ни с сего спросил Амир, сжимая пальцы Сони чуть сильнее.

- Не знаю. Не с чем сравнить. Но жажда исследований чем-то схожа с наркотической зависимостью, - хохотнула Соня, затягиваясь, - я просто не могу остановиться.

- Почему Америка?

- А почему нет? Любое открытие – это прорыв человечества, а не какой-то отдельной его части.

- Почему именно это направление?

- Не знаю, просто… Физика, пожалуй, самая житейская наука.

- Не сказал бы, - фыркнул Амир, переворачиваясь на живот, чтобы получить возможность заглянуть ей в глаза. Наблюдать за таящейся в них глубиной была намного интереснее, чем за всеми звездами, вместе взятыми.

- Это потому, что ты не вникал, - сморщила нос Соня.