— Лицо его искажается, он кричит: — Снова!

— Это моё право, — цедит ваннор и, увернувшись от волны пламени, отвечает ледяным потоком. — Она моя женщина.

— Не-ет! — В ярости Леорас шипит, как лёд брата на его огонь. — Это в прошлом. Ты получил своё право и убрался в Зивер. И оставался бы там. Искрель и так нелегко тебя забыть!

— Ей не удастся, — кривит губы Эдхар. — Как и тебе изменить это.

— Уже удалось! — Покачнувшись, он неожиданно смеётся. — Она уже неделю не зовёт тебя во сне. — Замолчав, он пошатывается, но стоит. Смотрит исподлобья. — Убирайся, ваннор! Я здесь король, а ты никто. Такой же гость, как и халесцы внизу. Ни им, ни тебе не позволю так смотреть на мою жену!

Эдхар опускает руки, отводит магический заслон льда. Выгибает бровь.

— Ты пьян?

— Какая тебе разница? — зажмурившись, заходится в крике Леорас. — Это мой дом. Мой замок. Моё королевство! — Открывает глаза и набычивается. — И моя жена. Она не поедет с тобой, не станет твоей наложницей, потому что ты отпустил её.

И снова хохочет. От этого звука я холодею. Будто не узнаю своего всегда милого и заботливого мужа. Злое лицо, безумные глаза, и этот каркающий смех…

— Я приехал, чтобы пригласить королеву Алианора посетить Зивер с официальным визитом. — Сталью, что звучит в голосе ваннора, можно резать дерево. — Это желание Ледяного короля.

— Я точно видел, — прищурившись, погрозил Леорас, — что это твоё желание. Можешь не прикрываться словом отца, когда тебя застают в постели с чужой женой. — Он снова переходит на крик. — Я знаю, почему ты хочешь мою женщину!

Ваннор, как ни странно, обретает ледяное спокойствие и даже присаживается на кровать. Скрестив руки на груди, кивает:

— И почему же?

— Тебе претит мысль, что твой никчёмный брат, который всегда был твоей безмолвной тенью, теперь во всём выше тебя!

Эдхар усмехается, и это выводит Леораса из себя ещё больше.

— Не смей садиться в присутствии короля!

Я перевожу взгляд, ожидая ярости ваннора, но тот поднимается и делает пару шагов к брату. Видя, как он коротко кланяется, я судорожно втягиваю воздух. Не верю своим глазам, а мой муж почти рычит, будто зверь:

— Не паясничай. Я знаю, что уважения ко мне у тебя никогда не было. Но теперь ты вынужден со мной считаться. Я всё-таки король! А ты пока лишь наследник. Ты не можешь забрать ни мою власть, ни силу, поэтому пытаешься отобрать единственную, кого я люблю. Вползаешь в её сны, мучаешь её, истязаешь своей магией. Ты жалок, Эдхар!

И, будто выбившись из сил, он тяжело опирается рукой о стену. Дыхание мужа тяжёлое, я слышу хрип и переживаю, что мощный выброс огня повредил Леорасу. Всё же король Алианора всё ещё учится быть магом. А сейчас ещё и ослаблен вином.

Хочется подойти к нему, обнять, убедить, что он прав.