Узнав, что некоторые стихи поэтесса сочинила в бане, многие барды впали в транс и стали раскачиваться. В общем, вечер удался.

Поэты из кинофильмов выглядят иначе. Это обязательно худой и нервный мужчина. Он ходит по ресторанам, декламируя, машет руками и всегда производит фурор. После обеда поэт дерётся с официантами, потом лежит в кустах до вечера – бледный, мятый, красивый, как вампир. Его находят женщины, богатые и добрые, принуждают к выпивке и сексу. Но поэт отвергает узы регулярной любви. Он надевает пиджак, берёт на память всего один пирожок и уходит в ночь. Просыпается поэт в полдень, в объятиях типичной феи – ветреной, с пустым холодильником, со сволочным характером и сонмом других литературных достоинств.

* * *Досмотрев кино до феи, многие бухгалтеры решают пойти в искусство. Из-за них усреднённый не киношный поэт оказывается лыс, полноват и скрипит при ходьбе. У него дырявая печень и мешки под глазами. Он спит в обычном, а не в хорошем смысле с одной и той же женщиной. А стихи читает раз в год, на бардовском фестивале, возле туалета, держа слушателя за пуговицу, чтоб не сбежал. У некоторых бухгалтеров, я знаю, уже целые коллекции пуговиц.

Однажды Бекназаров разрешил выступить Степану К., автору поэм в жанре «киберпанк с эротическим подтекстом». Близкие бухгалтерам темы – пиво и рыбалка – Степан не рассматривал. Для нас он приготовил творческий цикл «Твои невозможные губы…»

Степан не носил ботфортов, а даже если бы и носил, они не улучшили бы его стихов. Но добрый Бекназаров разрешил немножко мрачной эротики. Это же Восьмое марта, как раз подходящая тема.

Когда открылся занавес, Степан сидел на венском стуле, нога на ногу, в шляпе, с сигарой. Как князь. Народ затих. Стёпа сидит, курит. Потом выяснилось, он забыл слова, но виду не показал. Зрители ждут, смотрят на Стёпу. Стёпа смотрит на зрителей. Тишина. Все замерли. Прошла минута. Было видно, у Степана отличная выдержка. Не всякий МХАТ способен так молчать. После второй минуты показалось, что курит Стёпа довольно однообразно. А он докурил, забычковал, встал – и ушёл. Зал похлопал вслед, не переходя в овации.

Мы говорили Степану, как ты забыл-то? Боже мой, как жаль! Как ты написал вообще такую поэму? Стёпа рассказал, что в свободные минуты подрабатывает таксистом. И помнит всех пассажиров. Вообще всех. Где взял, куда отвёз и сколько на чай вышло. Однажды опоздал на вызов. Три минуты всего, но клиенты рассердились. Мужчина промолчал, а женщина разошлась – аж булькает. Уже в машину сели, она всё орёт. Стёпа слушал, слушал, потом говорит – ладно верещать-то! Я вас сорок минут ждал однажды. А тут три минуты – и столько шума.

– Когда это вы меня ждали? – спрашивает женщина.