А литератор как раз летал по небу, отравленный гормонами. Он написал как есть: «Не женат, но собираюсь». Потом ещё подумал и вписал дату – 24-е октября. Свадьба сразу стала как живая. Чехов бы гордился таким кратким и точным ответом на каверзный вопрос.

* * *Он жил с милой девушкой, простой и улыбчивой. Вкратце рассказал и о ней. Описал и улыбчивость её, и добрый нрав, и своё отношение к браку. Снова перечитал, нахмурился. Выходило так, будто у него свадьба, а у неё – не очевидно. Могло показаться, будто он решил надуть хорошую девчонку. Даже дату объявил, циник.

Пришлось добавить, что она тоже выходит замуж. Снова перечитал, ужаснулся. Теперь персонажи как бы жили во грехе и на стороне мутили, собираясь жениться по расчёту каждый на своём богаче. Неплохо для новеллы, но с точки зрения банковской анкеты такой драматизм избыточен. Автор приписал новое пояснение: свадьба одна на двоих, он будет женихом, она – невестой.

История его страсти уже заполнила соседние абзацы и вылилась на поля. Просто возмутительно, на чём банки экономят бумагу.

Литератор перечитал анкету с начала. В его талантливых руках справка о доходах превратилась в синопсис романа. Перед читателем разворачивалась история тяжёлого невроза. Рефлексии героя напоминали позднего Уэльбека. По обилию лишних деталей было ясно – герой лжёт себе и банку. Он либо мерзавец, либо сбрендил и галлюцинирует невестами. В отчаянии автор вписал последнюю строку, ироническую. Он уже смирился с реноме идиота и хотел лишь оставить людям надежду на иные формы жизни в сексе. Финальный текст был таков:

«…Я не женат, но собираюсь. Свадьба 24-го. Женюсь на Ларисе. Мы проживаем вместе, снимаем квартиру. Лариса взрослый человек, неплохо зарабатывает и понимает, на что идёт. Она согласна выйти за меня, хоть её решение и может показаться подозрительным. Т. е. она будет невестой, а я женихом. Извините за многословие. Нервничаю. В психологии такой феномен называется логорея».

Кредитная комиссия признала это заявление лучшим в истории банка. Ссуду утвердили. Работники просились на свадьбу всем отделом. Но литератор включил внутреннего засранца и не пригласил этих добрых кредиторов. Между искусством и жизнью должно быть расстояние, сказал он угрюмо.

Сентиментальное. Про сны

Даше снится иногда, будто я ей изменяю. Только в её снах мне удаётся ещё побыть негодяем. Я давно не тот… какие измены?! Даже с кошками приходится любезничать. Даша говорит – в том-то и дело! И так гремит утренней сковородой, что страшно войти на кухню.

Когда мы встретились, Даша представилась почти девицей. У красивых женщин своя шкала невинности и отдельная терминология.