Причина отравления? Очень просто: долгое время Сиальда из рода Лэй поила вашего благородного отца всякой, извините, дрянью, чтобы он делал всё, как она захочет…

— Я этого не знал, — подавленно прошептал Дэйн. — И даже не подумал ни разу, что такое может быть!

Я подошла к нему, села рядом и сжала его руку, показывая, что я здесь, рядом с ним. Знала, каких усилий стоило моему дракону держать себя в руках, как плохо ему было. Сочувствие к нему и злость на проклятую Сиальду переполняли меня.

— Не вините себя, — живо подался вперёд Хаарвен, уловив нотки самобичевания в голосе Дэйна. — Тут бы никто не догадался, Сиальда была очень хитра. Её дед состоял в родстве с чёрными драконами и хранил у себя особо опасные и сильнодействующие зелья, которые в своё время получил от них. Сиальда украла пару-тройку бутылочек, и вот результат.

— Мой отец узнал об этом, поэтому его отравили? — мрачно спросил Дэйн.

Хаарвен и Ания кивнули почти одновременно.

— Он был очень зол. И по мнению Сиальды и одного из её сыновей, оставался только один выход. Убить достойного Илль-Керфена, пока он не поменял завещание.

Наступила недолгая, но очень неприятная тишина; мне казалось, что сам воздух сгустился и потяжелел. Ну ещё бы, ведь говорили не о чём-нибудь, а об убийстве!

— И что теперь? — Мой дракон полностью овладел собой, и голос его звучал бесстрастно, хотя я-то знала, как важно было для Дэйна выяснить, естественной смертью умер его отец или нет.

— Теперь Сиальда берёт всю вину на себя, — послышался вздох Ании, — обеляет сына. Инор всё сваливает на мать. Так или иначе, оба сидят в подземелье и ждут, пока их отправят в Ирлигард. Участь Кирена решится позже.

Ещё Хаарвен рассказал, что квизари нашли в горах пустой лагерь заговорщиков и следы битвы с демонами в деревне. И теперь гадали, какое бедствие там стряслось. Мы с Дэйном могли объяснить, в чём дело, но слишком уж торопились к альгахри. Хаарвен и так всё узнает от Ании — она зачем-то хотела поприсутствовать при нашем разговоре с драконьим правителем. Если тот позволит.

Тронная зала мне понравилась, тут сияло и блестело всё, что могло сиять и блестеть. А особенно — два золотых трона, на которых сидели альгахри Ниарвен и его супруга. Оба ещё молодые, красивые, светловолосые и с утончёнными лицами.

Имрала, высокая и гордо держащая голову драконесса, одетая в белое платье с голубыми кружевами, показалась мне ледяной королевой из сказочной истории. Я робко поклонилась, бормоча приветствия, а затем крепче сжала руку Дэйна, чтобы чувствовать себя увереннее. После всех учтивых слов альгахри Ниарвен разрешил Ании остаться в зале.