Призрачный демон вскрикнул и снова принял изначальный облик. Корабль потерял тягу и медленно покатился к нему по воде.

Нить обернула монстра вокруг шеи. Он бил крыльями, стараясь отползти, но ничего не получалось.

Эрвин вытянул вторую руку к сломанной мачте.

Новый порыв снежного ветра и большая её часть поднимается в воздух."

"Она приняла горизонтальное положение и на мгновение зависла в воздухе, постепенно покрываясь льдом.

– О…, – восхищённо протянул Киллиан. – Сейчас будет огромный бум. Давай, братишка, жги!

Глаза Эрвина вспыхнули так ярко, что впору было жмуриться. Мачта, будто громадная стрела, вошла в грудь Тулусхутука. Раздался оглушительный вой, и я зажала уши ладонями.

Воздух, море и даже небо затрясло. По воздуху ударил морозный импульс и…всё затихло. Призрачный образ демона рассыпался миллиардом снежинок, а повисшая в воздухе дымка начала переливаться, будто замершее над водой облако северного сияния.

Эпилог

Я сидела на скамейке в беседке и пересчитывала петли на спицах. Вязание оказалось настолько медитативным и успокаивающим процессом, что мысли унесло совсем не туда. Весна заканчивалась, но сад по-прежнему пестрел множеством оттенков. Пели птицы, а бабочки и пчёлы кружили над красочными клумбами.

В этом спящем умиротворении начинаешь забывать о том, что там за пределами дворца творится настоящее безумие.

После заявлений Чадиса и вскрывшейся правды Эрвин снял с себя полномочия и вывел Север из состава империи. Местная знать этого будто бы ждала и охотно подняла старые флаги. Юг, Восток и Запад формально оставались в составе, но по факту Аснистан стоял на краю развала, начало которому положил мой муж, отказавшись становиться одержимым демоном и оружием императора по совместительству. Страшно представить, как разрослась бы империя, раз демонов должно было быть четыре, не считая императора.

– Привет, прости, что задержался, – на плечи сначала лёг мягкий плед, а на губы ещё более тёплый поцелуй Эрвина. – Как ты себя чувствуешь? Малышка всё также веселится?

– Сегодня спокойная, – я показала ему готовый носочек. – Вот. Почти получается.

Я положила работу на его ладонь, и Эрвин застыл.

– Неужели её ножка и правда будет такой крошечной? Как же её касаться, чтобы не сделать больно?

– Не бойся, ты очень осторожный, – я отложила спицы и погладила лежащий на коленях живот. – Вырастет она ещё быстрее. Нужно обязательно сделать слепок. В глине или чём-то похожем. Отпечаток ножки и ручки, чтобы потом смотреть и удивляться, как такое вообще возможно было.

– Я возле тебя и дышать буду бояться, да, милая, – Эрвин опустил голову и погладил живот. – Но на всякий случай не сердись, если папа будет неуклюжим, ладно?

– Всё будет в порядке, – я погладила мужа по руке.