Розовый помпон от ее пеньюара нашли в траве.

– Видимо, оторвался, когда я пытался ее удержать, чтобы она не уходила.

– Я ни за что не поверю, что вы – любовники. Даже совершенно постороннему человеку понятно, что Марианна любит своего мужа."

"– Ну да. Вот уже двадцать лет, как она любит Пашку, а я все эти годы люблю ее. Мы – одноклассники, понимаешь. И несколько лет дружили, пока ее отец не познакомил ее с Резановым. Он был убежден, что я – не пара его дочери, потому что она с золотой ложкой во рту родилась, а я из простой семьи. Мама – повариха в ресторане, отец – крановщик на стройке.

– То есть ты вырос в полной семье и знаешь, кто твои родители?

Муркин смотрел на него, явно сбитый с толку.

– Ты, Глеб Валентинович, чего нанюхался, что ли? – с подозрением спросил он.

– Просто, говорят, у хозяйки поместья был внебрачный ребенок, которого она куда-то с рук сбыла, чтобы за границу уехать. Вот я и проверяю, не ты ли это, часом.

– Не, не я, – замотал головой Муркин. – Я свою родословную до прабабушки и прадедушки знаю. Ничего дворянского в моем происхождении нет. К сожалению. Потому что, будь иначе, может, у меня и был бы шанс Марианну завоевать. Но нет, для нее папочка судьбу жены бизнесмена прочил, а я рылом не вышел, значит.

– В поместье как оказался?

– Случайно. Я после того, как Марианна замуж за Павла вышла, из региона уехал. Завербовался в Тюмень, строителем. И прожил там, почитай, двадцать лет. Вернулся недавно, начал работу искать, устроился в бригаду, которая коттеджи строит. Вместе с ней сюда и попал. Тут уже фамилию хозяйки узнал и сразу понял, что она Павлу родственница, а потом они с Марианной в гости приехали, и я впервые за столько лет ее увидел.

– Она тебя узнала?

– В первый раз я не рискнул ей на глаза показаться. Издали наблюдал. Увидел, что она еще красивее стала. Надеялся, что, может, за столько лет разладилось у них с мужем что-то. Но нет. Убедился, что она все так же с него глаз не сводит. А вот девочка их неприкаянной мне показалась. Елочка. Она так на Марианну в юности похожа, аж глазам больно. И все пытается родителям что-то доказать, но им до нее словно и дела нет. Павел про свой бизнес думает, Марианна про Павла, а девчонка сама по себе.

Ну да. Это Глеб знал и сам. Часто так бывает, что ребенок предоставлен сам себе. Даже если родители – очень хорошие люди. Мозг у него сейчас работал, как мощный компьютер, связывал воедино оборванные концы, распутывал узлы, действуя на грани разума и интуиции.

– История с привидением – твоих рук дело? – спросил он.

– Да, – кивнул Муркин. – В один из первых приездов Елочка в беседке книжку оставила, про привидения, живущие в старых домах. Ну, я и стал ей подыгрывать. В дом пробирался, перестукивался с ней.