Кто бы это мог быть почти в полночь? Впрочем, усадьба редко затихала полностью. У стоящих в стороне вагончиков, в которых жили рабочие, постоянно кто-то курил или просто сидел на крылечке, дыша ночным воздухом. Да и вообще, мало ли у кого может быть бессонница. Тем более в ночь, когда можно наблюдать поток Персеиды. Со Светланы станется пойти на улицу пялиться в ночное время, да и Елка вполне способна нарушить строгий материнский запрет.

На Тасин взгляд, девчонку слишком опекали, не давая ей ни капли самостоятельности. Сама она в свои восемнадцать лет была гораздо самостоятельнее.

Впрочем, таких родителей, как папа, больше нет, поэтому она и выросла такой, какая есть. Тася зябко повела плечами. Ей вдруг показалось, что из темноты двора на нее кто-то смотрит.

Это ощущение возникало у нее в резановском поместье постоянно. Если бы она верила в существование призраков, как Елка, то сочла бы это одним из признаков их присутствия. Говорят, что когда в дом, где живут привидения, приезжает новый человек, то призраки присматриваются к нему перед тем, как вступить в игру или иной контакт. От этого и возникает ощущение, что за тобой наблюдают.

Она засмеялась, потому что Кирилл рассказал ей о пристрастии Инессы Леонардовны к камерам видеонаблюдения. Их в поместье было много, а значит, и ощущение слежки казалось неизбежным. Нет никаких призраков. И привидений тоже нет.

К примеру, точно не привидение отпилило чугунный шар, чтобы сбросить его с крыши практически на голову писательнице Северцевой. Осип прервал их с Инессой Леонардовной дневную репетицию, чтобы доложить о выполненном поручении. Он поднялся на крышу и обнаружил то же, что до этого и отец – подпиленный металл.

Вот только папа о том, что тоже обследовал место преступления, молчал. И Тася промолчала тоже. Она вообще умела держать язык за зубами."

"Инесса Леонардовна разволновалась так сильно, что даже пришлось пить сердечные капли. Тася спросила, знает ли она, кто мог затеять недоброе, но пожилая женщина, отдышавшись, лишь сказала, что со всем разберется, потому что зло должно быть и будет наказано. Но кого конкретно хозяйка усадьбы имела в виду, Тася не знала, а гадать не хотелось. Надеялась только, что это не Кирилл.

Слишком открытым и бесхитростным он был для того, чтобы орудовать ножовкой по металлу.

Пожалуй, пора ложиться спать. Тася слезла с подоконника и подошла к кровати, взяла в руки футляр со скрипкой. И куда ее положить? «Так и буду с ней носиться, как дурак с писаной торбой», – раздраженно подумала она. Нет, завтра поутру надо будет посоветоваться с отцом, а потом вернуть скрипку Инессе Леонардовне от греха подальше. Не нужен ей этот инструмент и связанные с ним проблемы.