И Мартынова, не смотря на все их «доверительные отношения», ломает не хуже, чем меня. Он любит ее! Почему-то горько становится от понимания этого.

— Тоже встрял? — интересуюсь с вымученным сарказмом, — дала Варенька жару?

— Заткнись, — ледяным тоном осаждает, да мне и самому не хочется продолжать.

— Я все понял, — поднимаю руки, признавая свое поражение.

— Похвально.

Мне хочется только одного — уйти, поэтому отступаю к дверям, одну фразу только напоследок роняя:

— Если ты делал ей больно, она не простит. А я уверен — ты делал.

И не раз. Потому что лаской так перевоспитать невозможно. Так что готовься, должок с процентами возвращать будет. Да ты и сам это знаешь. Знаешь и поэтому боишься, что с тобой она тоже не останется.

Выхожу из кабинета, чувствуя, как провожает меня мрачным взглядом. Прикрыв за собой дверь, ослабляю галстук, который душит словно удавка и бреду прочь.

И впервые за все годы, что работал в этой компании, проскакивает мысль, что надо уходить. Увольняться, чтобы больше никого из них не видеть.

Ругаю себя за упаднические мысли, обзываю никчемным слабаком, но руки все равно опускаются.

И нет сил бороться. Потому что уже проиграл.

Молодец Мышка. Всех поимела. Мои аплодисменты.

Глава 24

ВарвараПо дороге домой Илья молчит. Ни слова не говорит, но я вижу, что злится, что его что-то тревожит. Знаю, что, когда он не в духе, лучше к нему не приставать, поэтому тоже молчу, думаю о своем. Надо бы на маникюр сходить, на массаж, а то в последнее время на износ работаю, времени на себя, на маленькие радости катастрофически не хватает.

Устаю, потому что всегда на нервах. Быть на вершине пищевой цепочки не так-то просто, иногда хочется сбежать, отдохнуть, сделать что-то приятное для самой себя.

— Мне надоело здесь жить, — ворчит сердито, когда останавливаемся у подъезда.

— Я готова к переезду хоть сейчас. Ты только свистни, — отстегиваю ремень безопасности и вылезаю наружу, — что у нас там с ремонтом?

— Затянули все. Еле шевелятся!

— Неделя — это, по-твоему, затянули? — смотрю на него искоса. Я ему предлагала, заранее озадачиться ремонтом в нашей новой квартире, но Илья сам решил отложить этот вопрос до того момента, как приедет в Москву.

Это было чисто его решение, а теперь сам же и недоволен задержкой.

— Да! — огрызается, а мне не хочется с ним спорить, потому что действительно устала. Просто жму плечами.

— Затянули, значит затянули. Тебе виднее. Только не надо на мне срывать свое плохое настроение.

— Никто ничего не срывает, — обдает холодом и, не дожидаясь, идет к дверям.