Поэтому все собрание просто сижу, молчу, задумчиво вожу ручкой по листу бумаги, опасаясь поднимать на него взгляд. Я не хочу, чтобы он понял, каково мне.

Один раз только взглядом с ним напрямую пересекаемся. Цепляемся на долю секунды, и я понимаю, что Варька не врет. Этот хрен обо всем знает. Он в курсе, что его жена со мной трахалась.

Не знаю, как у него, а у меня внутри так себе ощущения. Я ревную. Бешусь и у меня в голове вся эта херня просто не укладывается.

Это ведь ненормально, когда вот так…я даже не могу дать определение как.

Они точно ненормальные. Оба.

Я не знаю, что за методы он использовал, чтобы вытащить на свет стерву, прятавшуюся в Варе.

Как он умудрился из скромной Лисовой, сделать жесткую Мартынову? Наверное, я даже не хочу это знать.

Когда собрание заканчивается, и коллеги, воодушевленные новыми идеями, направляются к выходу, я слышу сухое:

— Неманов, задержись.

Бл*дь.

Хочется уйти, но остаюсь, гадая чего ему от меня понадобилось. Стою, рядом с его столом, кисло ожидая продолжения.

Илья, не торопясь, складывает бумаги, желает уходящим хорошего дня и плодотворной работы, при этом меня будто не замечает, словно я пустое место.

Наконец, все расходятся, и мы остаемся с ним наедине. Мартынов, заправив руки в карманы, отходит к окну, и развернувшись ко мне спиной, смотрит вниз, на дорогу. Молчит, минут пять, наверное, не меньше. Я тоже стою, молчу. Мне нечего ему сказать. Да и желания нет совершенно. Потому что даже смотреть в его сторону неприятно, сразу фантазия накидывает варианты того, как они проводят теплые семейные вечера."

"— Если я увижу, что ты крутишься рядом с моей женой, у тебя будут проблемы, — наконец выдает ледяным голосом, без единой эмоции.

— Уволишь? — хмыкаю, с трудом удерживая нервную усмешку. Смеяться вообще не хочется.

Этот уволит, запросто. Вышвырнет, как ненужный хлам, а если захочет, то вообще кислород перекроет, лишив возможности работать. Чертовски гадко ощущать себя беспомощным. Я привык быть на вершине, привык, что передо мной склоняются, а теперь сам вишу на волоске, потому что Мартынов главнее.

— К твоей работе нареканий нет, — произносит ровно и делает паузу.

— Но? — усмехаюсь невесело.

— Только дай мне повод, хоть малейший, и вылетишь отсюда.

И ни в одну нормальную компанию тебя не возьмут. Гарантирую.

Видать, я ему нужен на своем месте, раз сразу не раздавил, а остановился на предупреждении. Но понимаю, что ошибок не простит, малейший недочет и Мартынов запросто меня утопит. Черт. Не думал, что когда-нибудь в такой ситуации окажусь.

Эх, Варя-Варя…

Присматриваюсь к нему — хмурый, собранный, на лице равнодушная маска, в глазах бескрайний лед, и внезапно понимаю, что ему тоже не сахарно. Похоже, милая, добрая, ласковая Варенька всем душу разворотила.