Маму с похорон увезли в больницу с инсультом, она только-только начала выкарабкиваться, ей детей не отдадут по состоянию здоровья. А я смогу их усыновить, как только пройду специальные курсы.

«Только не говори это, пожалуйста! Если ты сейчас спросишь, почему я не хочу остаться опекуном и зачем мне их усыновлять, что я буду делать?..»

— Ты сказала, они недавно поженились? — рука, обнимавшая ее, напряглась, — Как же тогда…

— Илья не был их отцом. Он еще со школы был влюблен в Алку, но она вышла за него замуж перед самой аварией, он не успел записать мальчиков на себя, — Катя отстранилась от Клима и вытерла глаза, — я говорила, что у меня с этими чайлдфри личные счеты? Моя сестра встречалась с таким, богатый самовлюбленный мерзавец, это его дети.

— И он бросил твою сестру? — голос Клима звучал глухо, и у Кати сложилось впечатление, что он ей не верит. Всмотрелась в глаза — черные как ночь глаза, ничего из них не поймешь, смотрит пытливо, а что там, за тем лбом, не известно.

— Ты мне не веришь?

— Просто спрашиваю, Катя. Он бросил ее беременную?

— Нет. Не так, — она не стала возвращаться в объятия Клима, оперлась спиной о диван, — он сразу предупредил ее, что у него отсутствует «родительский ген», как он это называл, и требовал, чтобы она предохранялась.

Она, понимаешь, а не он? Алка пила таблетки, но ей иногда становилось плохо от них, несколько раз она пропустила прием, забыла, она же живой человек, а не автомат. Она не обманывала Александра…

— Его звали Александр? И все? Ты больше ничего о нем не знаешь?

— Нет, не знаю. Он не горел желанием знакомиться с нами, со мной и мамой, а Алке было все равно, она влюбилась без памяти. Нам было видно, что это не всерьез, что он ничего не планирует, а она и слышать ничего не хотела.

Конечно, ухаживал он красиво, но видел бы ты мою сестру вживую, мы совсем не похожи, у нас отцы разные. Алла была очень красивой, такой хрупкой, воздушной, и глаза необыкновенные, фиалковые… Он и называл ее Фиалкой, Алка-Фиалка, Фиалочка…

Катя говорила, стиснув кулаки, она ничего не могла с собой поделать, ее переполняла ненависть к этому человеку, как ни пытались ее образумить сестра, подруги и даже мама. Она упорно продолжала видеть в нем причину всех обрушившихся на нее несчастий.

Клим слушал молча и не перебивал, и Катя была ему безумно благодарна, что он дает ей возможность выговориться.

— Когда Алла забеременела, она сразу рассказала своему чайлдфришнику, он обвинил ее в обмане и предложил сделать аборт, даже клинику подыскал подходящую, и телефон доктора дал. Алла к своему доктору пошла, меня с собой взяла, ее на УЗИ отправили, а там двойня, у нас в семье ни у кого нет двойни, наверное, с его стороны были. Ей выписали направление на аборт, мы вышли, сели на скамейке в парке и разревелись обе.