— Вообще Степа имел в виду обеды, — съехидничала Катя, внушительный Степан виновато закивал, — а кое-кому прямая дорога в управляющие борделем.

Аверин умолк, они как раз подошли к траттории. Их компанию разместили за массивным деревянным столом, официант принял заказ, и тут Клим спросил у Кати уже вполне серьезно:

— А какие у нас проблемы с обедами? Разве кухонной зоны недостаточно?

— Не все носят с собой из дому судочки, — объяснила Катя, они совершенно случайно оказались за столом рядом, — в здании этажом выше есть ресторан, но там дорого, даже их бизнес-ланчи не всем по карману. Из близлежащих кафе есть несколько недорогих, но они не справляются с таким наплывом посетителей, а у нас не всегда есть время по сорок минут ждать заказ. Было бы замечательно, если бы компания подписала контракт на доставку готовой еды, чтобы каждый мог заранее выбрать себе блюда.

— А почему ты сама не напишешь?

— Так Чистяков сто раз об этом говорил, но видать яркая помада для руководства представляет большую опасность, чем голодные сотрудники.

Клим выгнул бровь, но отвечать не стал, зато в разговор встряла Аня:

— А вы слышали эти слухи, что будто бы будут увольнять всех, у кого есть дети?

Катя невольно вздрогнула, и это не укрылось от Клима. Она уткнулась в коктейль, чтобы не выдать Чистякова, поделившегося с ней тайной, которая, по-видимому, тайной уже давно ни для кого не являлась.

— Как это? — не понял Сергей. — Так нет такого закона."

"— Закона нет, а Любка Стрельникова и Оля Друбина уже написали заявления, Зимина вроде следующая.

— Зимина? — взвилась Катя — они хотят уволить Наташу? И Чистяков позволил?

Наташа Зимина была финансистом от Бога, Чистяков лично привел ее в свой департамент, как и Катю, и если он не смог отстоять ее, то Катя вылетит еще быстрее, как только в отдел кадров поступят сведения об усыновлении.

— Чистяков орал так, что было слышно у производственников, говорили, он сам написал заявление, — сказал Степа, складывая себе на тарелку сразу половину пиццы. Кате уже ничего не хотелось. — Не знаю, отстоит Зимину или нет.

— Странный он, этот наш новый рабовладелец, — задумчиво произнесла Надя, у нее все руководители были как не рабовладельцами, так работорговцами, даже Катерина, — почти у всех есть дети, разве можно так оценивать работу человека?

— Так он чайлдфри, — лениво потягивая пиво, сказал Сергей, — у них это что-то типа идеологии. Дети личинки и все такое.

— Это чайлдхэйт так считают, — заспорила Аня, — а чайлдфри просто сознательно выбирают жизнь без детей.

— Так пусть и выбирают, нам зачем ее портить? — проворчал Степа.

— А ты тут каким боком? — спросила Надя. — У тебя ни жены, ни детей, чем они тебе жизнь портят?

— Вот придет вместо Наташки что-то типа Ленки-дуры, посмотрим, как ты запоешь.