Со временем я научился брать её тело под контроль. Как оказывал влияние на остальных? Через сновидения.

—  Как ты в них проникал? Для этого ведь надо хоть раз физически коснуться жертвы! — возражает Валларс.

Выглядит он при этом крайне удивлённым. Видимо, даже для альвы Ночи способности Дейдара кажутся удивительными."

"—  Голос, Тень, голос, — хмыкнув, с некоторым пренебрежением отвечает альва. — У Лери удивительный тембр. Он позволяет проникать в сны любого, кто хоть раз её услышал. Демонический выброс изменил не только меня. Он подарил это чудо моей сестре. Чудо, о котором она и не знала.

Валейт бросает на Лери взгляд, в котором я вижу и грусть, и тоску, и раскаяние. Он будто сожалеет о том, через что провёл собственную сестру.

—  Ты всё это время её контролировал? А где была Лери в то время, когда ты замещал её сознание? — Я не выдерживаю, высовываюсь из-за спины Рейва.

—  Я приходил по ночам, когда Лери спала. Ты думаешь, зачем ей эта милая привычка накрываться подушками? — Дейдар ухмыляется. — Алые глаза не скроешь. Иногда приходилось вмешиваться и в моменты, когда Лери была готова выдать мой план, расколоться. Но тогда приходилось прятать глаза. Или использовать маску. Но постоянно ходить в ней слишком подозрительно, да?

Догадка врезается в мозг, когда я выпаливаю:

—  На церемонии ты постоянно держал её под контролем?

—  Это была финальная стадия нашего плана. Ваши войска были отвлечены фронтом, защита вокруг академии практически пала. Я всё это время стравливал вас, чтобы отвлечь от главного — от Миррали.

—  И наслаждался, видя, как мелкие склоки помогают твоему плану?

—  Они пришлись как нельзя кстати. Мне даже особо влиять не приходилось. Усиливал ненависть тут, подкручивал планы там

— и всё, ваши заговорщики остальное делали сами. Вишенкой, конечно, стала драка княжны с этим твоим мотыльком. Мне ж надо было как-то рассеять внимание охраны, — с самодовольной улыбкой поясняет Валейт.

Задумывается на секунду и резко становится серьёзным.

— Но даже когда Лери смирилась с тем, что любую её попытку вам намекнуть пресекает либо ментальный блок, либо я сам — даже тогда она нашла способ предупредить вас. Только было уже поздно.

Вижу недоумение на лицах мужчин. Значит, я была права, Лери через обожаемую ею музыку сигнализировала нам: грядёт опасность.

— Зачем вам это всё? — мой шёпот звучит слишком громко в окутанной молчанием палате.

Валейт вскидывает голову и смотрит строго на меня. В его алых глазах больше нет и намёка на иронию.

— Мы тоже хотим жить, — холодно отвечает он. — На этом всё. Запомните: Миррали теперь наша. Она невеста императора.

— Невеста?!

Но фантом уже исчез. В шоке я оглядываюсь на остальных.

— Невеста?! — повторяю, не зная, от кого теперь ждать ответа.