Аромат можжевельника и сандала окутывал меня. Мой взгляд говорил: я ведь говорила. А его взгляд был просто странным. Он словно видел меня впервые.

— Даррен! Милый!

— Она меня сейчас обзовет и обязательно унизит, — прошептала я ему тихо-тихо, почти интимным шепотом. Поиграла бровями до достоверности. Я же столько романов перечитала. У меня опыта закачаешься.

— Мой генерал, не трогайте свою рабыню. Она не достойна стоять перед вашими глазами.

Я округлила глаза, говоря мол дракону, вот оно как все сбывается. Но генерал не смотрел на любовницу. Он следил за мной.

— Сейчас она выйдет из себя и сделает мою жизнь невыносимой.

— Даррен, неужели ты не хочешь обнять меня? Ты расстраиваешь меня. Я… я… брось эту дочь предателя. Она достаточно унизила тебя своим присутствием, — не унималась любовница.

— А знаешь что? — снова тихо-тихо прошептала я Ледяному в самые губы."

"— Что? — странно сверкнули его голубые глаза, будто льдинка на солнце.

— Это она еще скромно выражается. Я бы материлась.

— Материлась? — не понял дракон.

— Бранилась. На чем свет стоит и не стеснялась бы в выражениях, а потом запустила бы в тебя… м-м-м… вазой, хотя нет, чем-то потяжелее. Да пусть бы телефоном и… ключами, и сумкой. Дамской, чтобы наверняка скотину добить. Знаешь, что дамская сумка — это оружие массового поражения. После нее не выжить. Чего там только нет.

— Что такое телефон?

Но ответить я не могла. Тут у меня что-то щелкнуло в голове, и меня немного повело. Я нахмурилась, дракон сделал то же самое. Мы так продолжали стоять на взлетной драконьей площадке, почти обнявшись.

Рука Даррена была на моем локте, я грудью чувствовала биение его сердца.

— Тебе плохо?

— Не знаю. Голова резко разболелась. И кажется, я кое-что вспомнила.

— И что же?

«Как мой жених, Демид, изменял мне с моей же подругой. По классике жанра, разумеется».

Но тут любовница мужа резко вскрикнула, привлекая наше внимание. Ей надоели наши перешептывания и обнимашки.

— Даррен!

Мы повернулись в ее сторону.

И я задохнулась от удивления:

— Оксана! Это ты?

Глава 19

— Мряу-у-у-у! — раздалось сверху, и мне пришлось прикрыть голову руками и сесть на корточки, но Даррен не дал мне. Он придержал меня, прижимая к себе и смотря наверх.

Огромный белый дракон нес в лапах клетку. А в ней орал благим матом, в прямом смысле этого слова, мой Соломон.

И первое, что я подумала, это хорошо, что кроме дикого кошачьего визга на все тональности ящеры ничего не понимают. Клетка не слишком мягко была сброшена драконом, и тот улетел, когда генерал дал тому отмашку.

— Твой кот. Доставлен в целостности сохранности.

— Угу. Раз орет значит жив и цел. Но… где Оксана? — я озиралась по сторонам.