— Хорошо, тогда сладких. Я напишу, если не будешь спать, поговорим ещё чуть позже.

— Хорошо. Я не буду спать, звони.

Мы прощаемся. Несколько минут я хожу по дому, все никак не могу собраться с мыслями. Я ведь знала, что этот момент рано или поздно настанет, но не думала, что так быстро.

Я резко замираю посреди комнаты. Не могу вот так, хочу попрощаться с ним. Обнять, поцеловать. Посмотреть в эти невероятные глаза, сказать, что буду ждать его, что люблю…

Я срываюсь с места и бегу к соседу. Женька — мой бывший одноклассник и некогда лучший друг, а ещё у него есть машина.

— Отвезешь в город? Это очень срочно! Заплачу, сколько скажешь! — говорю с порога, запыхавшись.

— Прямо сейчас? — смотрит на меня с удивлением, потирая заспанные глаза.

— Да. Очень надо, пожалуйста, — умоляюще смотрю на него и визжу от радости, когда он соглашается.

Я мчу обратно, одеваю спящего сына, беру с собой несколько вещей и сажусь в машину Жени. Максим убьёт меня, даже гадать не надо, но через минуту отойдёт. Не могу просто так отпустить его.

Я сгораю от нетерпения оказаться наконец-то дома. Дорога вдруг кажется бесконечно долгой, поэтому, когда впереди появляются огни города, на лице растягивается широкая улыбка.

Я рассчитываюсь с парнем, благодарю его и спешу зайти в дом. Чувствую, как дрожит все внутри от предвкушения встречи с Максимом. Немного страшно, но одновременно и радостно. Всего день порознь, а уже так соскучилась. Что же будет, когда он улетит на целых три месяца?!

Лифт, кажется, едет целую вечность. Створки открываются, и я спешу к двери с табличкой «двести семнадцать», которая когда-то решила мою судьбу, но, не дойдя несколько метров, останавливаюсь, потому что дверь в квартиру Максима открыта.

Я тихо и медленно ступаю по светлому кафелю, заглядываю внутрь и прикрываю ладонью рот, чтобы не закричать. Я задыхаюсь, слёзы брызгают из глаз. Мне так больно, как никогда прежде. Посреди комнаты стоит Максим в обнимку с другой женщиной. Я без труда узнаю ее. Бывшая жена. В час ночи. У него. А ещё он настаивал на том, чтобы я оставалась у бабушки и не приезжала сегодня. Все сходится, верно?

Они так тесно прижимаются друг к другу. Дмитриев поглаживает ладонью ее спину, успокаивает, она же вцепилась пальцами в его плечи.

Я делаю шаг назад. Ещё один и ещё.

Я не могу смотреть на это. Ощущение, словно сердце разрывает на куски.

Нет, нет, нет, этого просто не может быть. Это не мой Максим, не мой. Он не мог так просто передать меня. Нужно вернуться обратно и все выяснить, но мне так страшно, что просто нет сил. Я забегаю обратно в лифт. Одной рукой прижимаю к груди спящего сына, рукавом второй вытираю соленые слёзы, что застилают мне глаза. Спускаюсь на шестой этаж, открываю дверь съемной квартиры.