Следом за нами невозмутимый дворецкий внес два стула и, поставив их, молча закрыл за собой дверь.

— Подумал, как дальше будешь жить? — без церемоний спросил я и опустился на один из стульев.

Второй занял Эван, Мэтью остался подпирать плечом стену.

Грей ощерился.

А ведь во мне всегда теплилось к нему нечто, похожее на уважение. Да что там, я считал его разумным, «нормальным» человеком — самым нормальным из тех, кто посещал клуб. Он обладал деловой хваткой, всегда говорил коротко и только по сути, не терпел разглагольствований и долгих прелюдий.

Четко, емко, сухо.

Договорились о чем-то, пожали руки, получили каждый результат в установленный срок.

А сегодня утром он вывел нас прямо к засаде.

— Я буду говорить, — хрипловато сказал он и откинулся затылком к стене. — В обмен на то, что вы дадите мне уйти.

— Никогда, — ледяным тоном отрезал Эван, и Грей коротко хохотнул.

— Однажды жандарм — всегда жандарм, — мрачно прокомментировал он и глянул на меня. — Ты что скажешь, Беркли?

Сказать хотелось многое, но я сдержался. И сразу же поймал красноречивый и невероятно выразительный взгляд Эвана.

Я пожал плечами.

Грей, конечно, отъявленный мерзавец; из-за него нас всех могли убить, но... но если его рассказ будет полезным и поможет добраться до мерзавцев гораздо страшнее и опаснее него, то у меня нет сомнений насчет ультиматума. Отпустим, и там уже пусть сам выкручивается.

— Зависит от того, что ты нам расскажешь, и давай сразу определимся, общие слова о том, что во всем замешан Эзра, твоим билетом на свободу не станут, — сказал я жестко и, прищурившись, посмотрел на Грея.

Тот склонил голову на бок.

— По рукам."

"— Мы тебе не друзья, чтобы руки жать, — выплюнул Эван с ненавистью.

— Ты — крыса подпольная. Ничем не лучше тех, кого собрался сдать столь презираемой ваши жандармерии.

— Я хотя бы не притворяюсь, — оскалился Грей. — А на твоих братьях по оружию клейма ставить негде. Если бы существовали боги, на таких, как они, горели бы мундиры. Но боги не существуют, а мы имеем то, что имеем.

— Довольно, — оборвал его хмуро, пока Эван захлебывался гневом. — Давай-ка ближе к сути. Как ты любишь.

— С тобой всегда было приятно вести дела, Беркли, — тот сверкнул окровавленной улыбкой.

— Баб, которых вы нашли под мостом, убили магией. Потому-то вы ни дьявола сами нарыть не могли.

Грей действительно перешел к сути.

Я бросил быстрый взгляд на Эвана. Тот сидел, оцепенев.

— А доказательства есть? — усмехнулся я. — Или только твоя болтовня?

— Ты заставь отменить королевский указ о смертной казни за такие штучки, и у тебя очередь из свидетелей выстроится, — гоготнул Грей со вкусом.

Даже будучи в столь плачевном положении, он не забывал получать удовольствие от жизни.