У одного было желтое лицо и синие мешки под глазами, второй нервно потирал руки, будто чесался. Глаза у обоих напоминали проржавевшие шляпки гвоздей. Лапин тут же вспомнил, где он видел эти устрашающие физиономии, а Карданов немедленно связал их с двойным убийством в подъезде на Мануфактурном. Безразлично отвернувшись, он двинулся дальше по перрону.

Дуремар и Сушняк пошли следом.

– Срисовал?

– Ато!

– ""Мусор""?

– Точняк.

– Вот гады, город обложили и здесь достали...

– Это он спецом... Выследил, сука!

– Как? Мы сколько хат поменяли...

– У него спросишь.

– Сколько до паровоза?

– Полчаса.

– Надо быстрее.

Они не обсуждали, как быть и что делать. Все совершенно ясно. Людей на перроне почти не было, дальний конец терялся в густеющих сумерках, справа начинался заснеженный пустырь. Здесь и предстояло остаться штемпу, вставшему на пути к укромной хавире в Рязани.

Дуремар сунул руку под пальто и вцепился в деревянную ручку шила.

Сушняк приготовил молоток. Карданов смотрел под ноги, крутил головой по сторонам, выглядывая палку, камень, отрезок трубы, арматурный прут, бутылку – любой предмет.

Когда-то он любил темы «Работа с предметом», и хотя сейчас не помнил подробностей, но знал, что самый обычный объект материального мира может стать очень эффективным оружием. Как назло, на глаза ничего подходящего не попадалось – все укрывал снег. Но зато в кармане лежал отрезок экранированного кабеля КЭО-3... Нагнувшись на ходу, он приткнул кейс к бетонному столбу, освобождая руки. Незаметно достав серебристую змейку, Макс обернул один конец вокруг правой ладони, а второй переплел между пальцами левой, образовав крепкий зажим, который можно было мгновенно разжать.

Перрон заканчивался ступеньками, он спустился на насыпь и сразу оказался в другом мире: темном, безлюдном и зловещем.

– Куда это он?

– Херего...

– А мы чего?

– Еще и лучше...

– А пушку достанет?

– Волков бояться...

Преследователи тоже спустились по бетонным ступеням и ускорили шаг.

Расстояние сокращалось, внезапно Карданов повернулся и пошел им навстречу. На узкой тропке мог свободно разместиться только один человек, поэтому Дуремар и Сушняк шли гуськом – Сушняк впереди, а Дуремар сзади.

Маневр Макса насторожил Сушняка, но он не страдал избытком воображения и не стал размышлять, какую цель ставит перед собой «мусор» или кто он там есть. Когда расстояние сократилось до двух метров, Сушняк поднял молоток и, шагнув вперед, ударил сверху вниз, целясь в голову. Чужак вскинул грабли вверх, словно собирался сдаваться, стальной клюв беспрепятственно летел к цели, но вдруг напряженная рука налетела на невидимое пружинистое препятствие, и полет оборвался.