Поначалу, увлеченные чужими разговорами, мы на это попросту не обратили внимания.

– А где Олег? – спросила Женька, и все дружно посмотрели на пустующее кресло. Руслан пожал плечами, а Мстислав напомнил:

– Он с утра неважно себя чувствовал.

Что верно, то верно, Олег жаловался на недомогание.

– Может, сходить к нему, узнать, в чем дело? – не унималась Женька.

– Люба, – позвал хозяин, – зайди, пожалуйста, к Олегу Петровичу, узнай, может, обед принести к нему в комнату?

Люба покинула столовую, а мы приступили к трапезе. Через минуту она была прервана душераздирающим криком. Кричала, вне всякого сомнения, Люба. Мы вскочили из-за стола и бросились наверх, однако все равно оказались в комнате позднее охраны. Когда я влетела в спальню Олега, Люба, стиснув рот рукой, стояла у стены и жалобно всхлипывала, возле ее ног лежал Олег. Глаза его закатились, лицо было землисто-серым, на губах виднелся какой-то зеленый налет, а на полу рядом с ним – следы рвоты. Охранники приподняли его голову, Руслан прижался ухом к груди Олега и сказал тихо:

– Вроде жив.

Лев Николаевич бросился к телефону, а мы с Женькой бессмысленно таращили глаза. Хозяин успел вызвать «Скорую», когда Руслан неожиданно зло рявкнул:

– Какая, к черту, «Скорая», их ждать придется больше часа. Быстрее на катер.

Охранники стащили с постели покрывало и соорудили из него подобие носилок."

"– Катер готов, – сообщил Лев Николаевич, руки его дрожали, а взгляд испуганно метался. Руслан собирался отправиться в город вместе с Олегом, но в последний момент передумал.

– Машина ждет вас на пристани, – сказал он двоим охранникам. – Володя, останешься с ним, а ты сразу же возвращайся. – Он покосился на хозяина, и его беспокойство стало мне понятно: Лев Николаевич оказался без охраны, если, конечно, не считать самого Руслана.

Про обед никто не вспомнил, что вполне естественно. Хозяин с Русланом заперлись в кабинете, вскоре к ним присоединился адвокат. Олимпиада поспешно собирала со стола. Люба отпросилась домой, а мы с Женькой вышли в сад – находиться в доме не было сил.

– Что скажешь? – шепнула подружка, подозрительно оглядываясь.

– Ничего, – испуганно замотала я головой. – То есть я хочу сказать, сматываться отсюда надо.

– Катер ушел.

– Ну и что? Деньги есть, можно договориться с кем-то из местных.

– Ты в самом деле хочешь уехать? – вроде бы удивилась Женька.

– Конечно, хочу, – разозлилась я.

– А как же расследование?

– Какое расследование?

– Но ведь должны же мы узнать, что за дела здесь творятся?

– Что узнавать, и так ясно: хреновые дела.

– Да, неладно что-то в Датском королевстве… Олега отравили. Симптомы налицо. – Я пожала плечами, так как в медицине была не сильна. – Чего ты плечами-то жмешь? – фыркнула Женька.