На столе закуска: копченая колбаса, сыр, фрукты, салат из магазина, початая бутылка водки.

Однако, какой занятный бомж.

Обернулась назад, мужчина так и лежал, надо хоть чем-то прикрыть его, а то еще простынет. Снова моя доброта берет верх, а подружка учит быть жесткой и не давать никому спуску.

Холодильник включен, практически весь забит едой, за ним в углу алкоголь: коньяк, вино, водка.

Он что — тут жить собрался? На каникулы приехал? Заглянула в комнату: кровать расстелена, никого больше нет. Вот было бы забавно, встреть я сейчас тут его даму сердца.

Голова разболелась, стало жарко, сняла пуховик, разулась, идти мне все равно некуда. Но мужчину стоило, конечно, обезвредить: кто знает, что он выкинет, когда придет в сознание?

А вдруг это беглый заключенный? Его ищут, а он прячется. Нет, надо заканчивать смотреть криминальные новости и слушать то, как их пересказывает бармен.

Открыв и понюхав содержимое бутылки с этикеткой минеральной воды, долго и жадно пила. Легче не стало, и хорошая мысль в голову не пришла.

Часы на стене показывали два часа ночи. Вот это я дала, устроила себе путешествие и пешую прогулку по деревне. Снова оглядела помещение: все чисто, на полу цветные половики, на окне веселенькие шторы. Я здесь была летом, приезжали со Славой проверить дом, но тогда все было гораздо печальней.

Чудеса. Или это бомж такой чудесный?

Да, на бомжа он теперь не тянет. Снова подошла, взяв с вешалки куртку, прикрыла пах мужчины, отметив, что куртка не из дешевых, так же, как водка и еда в холодильнике. Уж в этом я разбираюсь.

Присела на корточки, а мужчина довольно приятный — ну, не то чтоб красивый, но внешность не отталкивает. На предплечье две точки след от шокера, кольца обручального нет. Это, конечно, не факт, что мужик свободен, да и зачем мне это знать?

Слава никогда не носил кольцо, говорил, что неудобно ему с ним. Да, точно, неудобно баб клеть и трахать, жмет, наверное, яйца давит. Я сама только два дня назад свое сняла.

Но на левом запястье мужчины дорогие часы. В этом я разбираюсь тоже, в том году Славе выбирала подарок на день рождения.

Скотина.

Надо было отобрать часы, отобрать все и сломать сноуборд, пусть бы валил в одних рваных трусах и носках, у него теперь полно денег — моих, кстати, денег.

— Эй, мужчина, — тихо позвала, потрепав за плечо.

Вздохнула, все еще пребывая в сомнениях, стоит ли вообще его приводить в чувства.

— Мужчина, очнитесь! Эй, просыпайтесь!

Господи, какая я дура, еще поцелуй его и ласково погладь.

Набрала в рот минералки и резко дунула на него. Тот поморщился, простонал, начал поднимать руки и шевелиться. Живой, и на том спасибо.

— Эй, вы слышите меня? Водички хотите?

Блин, ну что я несу?

— Надо встать, а то застудите себе все.

Какая забота, Тамарка бы покрутила пальцем у виска.