Подхожу к кассам, покупаю билет у полной женщины, которая окидывает меня внимательным взглядом.

Везет, что поезд скоро отправляется. Прохожу внутрь и занимаю свое место в купе у окна.

Увяжется ли за мной мой охранник, меня не особо волнует.

Я еду домой. Эта мысль окрыляет, а скорая встреча с родными заставляет сердце биться с надеждой…

Глава 46

Аслан Шахов

— Попадос у тебя, Шах, — ржач крупного мужика действует на нервы.

Наваливаюсь всем телом на стол и запрокидываю в себя очередную стопку пойла, окидываю хмурым взглядом Валида. Сидит в свободной позе, растопырив массивные ноги, прикладывается к своему бокалу и бросает взгляд на сцену.

— ""Азимут"" славится своим шоу, брат, я в эти танцульки знаешь, сколько лямов каждый месяц вкладываю, а ты даже глазом в сторону не ведешь, говорю же, попадалово…

Очередная стопка и я сжимаю в руке бокал, кажется, еще чуть-чуть и разломаю к чертям, пуская хрустальную крошку в разные стороны и прорезая кожу до крови.

Наконец, веселье исчезает из глаз Валида, мужик наклоняется ко мне, сверкая перстнями на пальцах. Непростые это колечки. Кто знает, тот поймет, что за человек имеет право носить подобные украшения.

У нас свои традиции и подобные обручи на фалангах говорят кое о чем.

— В чем проблема, Шах? Захотел — взял. Так это работает, а ты играешь в хрен пойми что и при этом твою девочку армия пасет, еще и шифруются, чтобы не потревожить…

Оскаливаюсь. Понимаю Валида. Сам такой.

Был…

До того, как заглянул в васильковые глаза и поплыл.

— Не смог я, Валид, не смог… — говорю сквозь сжатые зубы.

— Ты положил пару кланов, которые помогли Асабеку, подставился под разборки, а вот с девчонкой решить не можешь?!

Вскидывает темную бровь. Глаза черные вспыхивают.

— Ты мне проповедь-то не читай. С бабами у нашего брата разговор короткий, пока не напорешься на такое вот нежное голубоглазое чудо и начинаешь бояться покалечить, и, даже несмотря на это, ранишь хорошо так, до мяса.

Откидывается в кресле. Весь в черном, смоляные волосы зачесаны назад, легкая небритость. С женщинами играет и выбрасывает.

Таким же был…

Раньше…

— Не понимаю все равно.

— И не поймешь, пока на собственной шкуре не прочувствуешь, — отвечаю жестко и Валид морщится.

Хлопает себя по коленям, поднимается.

— Отдыхай, Шах, мой клуб — твой клуб. Все к твоим услугам.

Киваю в ответ. Сам же опять запускаю в себя пойло. Ненавижу эту дрянь, но это единственное, что помогает не сорваться с места и не прийти к ней…

К девочке чистой и светлой, которой не повезло попасть мне на глаза.

Зверь внутри меня словно жрет сухожилия. Каждый раз, когда приходит отчет по Полине, я заставляю себя не дергаться.

Смотрю на ее фото, рассматриваю.

Девчонка как девчонка.