– От меня не отходить далее чем на пять шагов, – предупредил он.

Женя не скрывала беспокойства.

– Что-то случилось, Стас?..

– Нет, все в порядке, – бодро доложил он. – Техника безопасности при работе в таежных условиях. Где, кстати, обитают кержаки-погорельцы. Пьем чай – и на работу.

– Кто же украл купальник?

– Приискатели… Ночью шарахаются от безделья, шутники. Из зависти сперли…

И сам не верил в то, что говорил.

– Из зависти?..

– Они же видели – мы вдвоем… Ночью, в палатке. Ну и…

Отроковица погладила его бороду и опечалилась.

– Поймаю – убью! – добавил он.

Женя же торопливо вынула темные очки и спрятала глаза.

Скорее всего, наступил миг, когда надо было говорить какие-то важные слова, признаваться в чувствах, может, обещать немыслимое и даже клясться, но вместе с ночью ушел азарт, порыв, очарование целомудренной близости.

Было утро, яркое солнце, и следовало все начинать сначала…

Потом они шли на участок по вырубке, по мягкому и совершенно сухому кедровому подстилу среди поля пней, поваленных и изрезанных гусеницами деревьев, гор, сучьев и вершин, и тоскливый этот пейзаж разрушения лишь добавил печали.

На берегу речки уже работали бульдозеры, но пока что просто выковыривали пни и выгребали лесной мусор за пределы площадки величиной в два футбольных поля. Вскрыша[18] россыпи – дело нудное и тонкое. Рудный пласт здесь напоминал кору головного мозга с извилинами: снимешь меньше – придется перемывать сотни лишних пустых кубометров, копнешь глубже – спихнешь золото в отвал. К тому же россыпь необычная, приискатели к таким не привыкли, тут геологический глаз да глаз нужен.

Вроде бы и работы особенно никакой – ходить целый день за бульдозерами, пока бульдозеристы не привыкнут к месторождению и специфике месторождения и сами не научатся смотреть, что копают. И все равно надо присутствовать – хотя бы с удочкой на берегу, на песчаном пляже под солнцем…

В общем, работа для пенсионеров.

Однокурсница Аня работала тоже на золоте, в поисковом отряде, и с восторгом описывала Вилюй и тамошние места, где сохранились еще районы, куда не ступала нога геолога…"

"Приискатели уже настроили оборудование, выкусив ковшами шмат берега, и ждали команды – до Дня Победы оставалось трое суток.

Пока бульдозеры срезали легкий, супесчанистый грунт, Рассохин с Женей сходили на драгу, где начальник в кожанке и с маузером на ремешке, увидев Женю, вдруг стал суетливым, даже угодливым, лично провел экскурсию, а потом еще стал потчевать завтраком в своей каюте буксира.