Это было новое для него ощущение, и он не мог сказать, что ему оно нравилось.

– И что же ты увидела?

– Тебя. Эрик, ты понимаешь, что я здесь не только потому, что ты такой красивый? – тихо спросила Бетия, вдруг засмущавшись и запутавшись в словах.

– Да, милая. Я быстро определяю тех, кто остается со мной из-за моей внешности. Иногда мне даже казалось, что ты боишься моей красоты, желая, чтобы я не был таким симпатичным. – Эрик слабо улыбнулся, когда Бетия виновато взглянула на него. – Это странно, что ты считаешь мою внешность скорее проклятием, а не достоинством. Это всего лишь лицо, душа моя, кусочек плоти, который можно изуродовать шрамами и испортить. И почему, спрашивается, я не могу радоваться тому, что жене приятно смотреть на мое лицо? Мне же вот нравится, как ты выглядишь! – Эрик нежно провел кончиками пальцев по ее зарумянившимся щекам.

– Спасибо, но если бы наш ребенок мог выбирать, я бы предпочла, чтобы он был похож на тебя.

– Ах, душа моя, ты прекрасна. Я бы с удовольствием передал твою красоту хотя бы одному из наших детей.

– Тебе не придется ждать так долго, как ты думаешь, – улыбнулась Эрику Бетия, когда тот сел на кровати и схватил ее за плечи. Взглянув в его лицо, она поняла, что муж счастлив услышать это.

– Ты беременна?

– Почти четыре месяца. Скоро ты увидишь, каким родится наш малыш.

Бетия засмеялась, когда Эрик крепко обнял ее. Она не сопротивлялась, когда он уложил ее на постель. Бетия не могла бы придумать лучшего способа отпраздновать создание ребенка. «И возможно, – размышляла она в то время как Эрик снимал с нее рубашку, – охваченная страстью, я найду в себе мужество признаться ему в любви».

Эрик положил ладони на живот Бетии, поцеловал ее и прошептал:

– Мне следовало заметить. Я так хочу заняться с тобой любовью, – прошептал он, его ладони скользнули и накрыли груди.

Бетия нахмурилась – это прозвучало, как будто он сомневается в том, что будет это делать.

– Кажется, нет, я уверена, что не против такой перспективы.

Эрик улыбнулся и поцеловал ее, терзая кончиками пальцев соски, пока они не набухли.

– Я боюсь повредить малышу.

Бетия обвила его руками и ногами и притянула к себе.

– Ты не навредишь ему.

– Сладкая моя, ты такая маленькая!"

"– Жены твоих братьев ненамного меня больше, а я подозреваю, что они не оставляют жен в одиночестве в такое время.

То, как его маленькая, стройная жена обхватила его, как будто могла удержать его против воли, заставило Эрика улыбнуться. Однако Бетия была права. Теперь, когда исчез липкий страх за нее, Эрик понимал, что ничего страшного не случится, если он займется с ней любовью. Но он подумывал, а не посомневаться ли еще для виду. Будет забавно наблюдать, как малышка жена будет стараться переубедить его.