Деревянные башни защищали их от стрел, но оказались бессильны перед огнем, кипящей водой или маслом. Погибло еще несколько человек. Эрик знал, что их нежелание терять людей расценивается сэром Грэмом как проявление слабости, но не жалел об этом.

– Похоже, нам придется осадить замок, – сказал сэр Дэвид, подойдя к братьям Мюрреям, наблюдавшим за происходящим на стенах Дублина. – Если мы не можем победить их в бою, нужно выкурить их из крепости.

– Битон хорошо подготовился к атаке, – заметил Эрик. – Он может быть готов и к осаде.

Оглядев неухоженные поля, Дэвид спросил:

– С чем?

– Да, – пробормотал Найджел, тоже посмотрев вокруг. – Дублин превратился в руины быстрее, чем я думал. Оно тебе надо?

– Это моя земля. – Эрик выругался, снял шлем и провел рукой по волосам. – Отказавшись последовать приказу короля и покинуть замок, сэр Грэм совершил государственную измену. Он – покойник.

– Тогда, может быть, нам стоит уведомить монарха и позволить королевской армии выбить Битона из замка.

– Мы все равно должны осадить замок, чтобы он не мог сбежать до прихода королевской армии. К тому же я служил королю и знаю, как действует его войско. Они не оставят здесь камня на камне.

– Посмотрите, кого я привел, – сказал Боуэн, подходя к ним вместе с пухленькой седой женщиной. – Это мистрис Леона Битон. Всю свою жизнь она прослужила горничной в замке.

– Да, – подтвердила женщина. – Я пошла в услужение, когда мне было всего семь лет. Вот уже сорок лет прошло с тех пор, как я попала в это проклятое место.

– Так вы служили, когда моя мать жила здесь? – спросил Эрик.

– Если вы сэр Эрик, то да.

Извинившись за то, что не представил ей присутствующих, Эрик тотчас исправил упущенное.

– Вы всё это время жили в замке?

– Да. Я была ребенком, когда ваш отец убил старого лэрда, и жила здесь, когда Мюрреи избавили нас от этого исчадия ада, да простит меня Господь за то, что отзываюсь плохо о мертвых.

Хотя его просьба вернуть владения была удовлетворена королем, Эрик понимал, что это произошло только благодаря поддержке влиятельных лэрдов. Многие до сих пор сомневались в законности его притязаний. Эта женщина говорила так, будто знала правду, и Эрик почувствовал, что радостное возбуждение охватило его. Такое свидетельство может прекратить сплетни.

– Вы называете сэра Уильяма Битона моим отцом. Это потому, что король даровал мне право на земли?

– Нет, дитя. Мои глаза сказали мне правду очень давно. Я была горничной у твоей матери. Битон никогда не понимал этого, но я знала все о романе бедняжки Катерины с этим грубияном, старым лэрдом Мюрреем. Я также знала, когда он закончился. Была лишь крошечная вероятность того, что ты был зачат от него.