Кубарем катится по снегу, обмазываясь им с головы до ног и заливается смехом.

— Куз-не-чик, блядь! — сквозь слезы выдыхает он и поднимаясь на ноги.

— Что это с ним? — удивляюсь я, наблюдая за этим цирком.

— Не знаю, — пожимает плечами Ира. — Может, перегрелся.

Дарьял появляется следом, с ухмылкой и заговорщической ухмылкой. На его бедрах тоже полотенце, а взгляд опасно прищуренный.

— Я тебя выпорю, художница! — рычит он, при этом явно обращаясь ко мне.

Инстинкт самосохранения подсказывает, что пора бежать. Только вот куда?

— Ну, я пошла, — бросаю девчонкам, разворачиваюсь и пытаясь скрыться, но Дар успевает меня перехватить.

Дарьял ловко закидывает меня на плечо, задницей вверх. Я возмущенно колочу по его зеленой, расцарапанной спине. Наконец понимаю реакцию Марата и тоже не могу сдержать смех. Выглядит и правда эффектно.

— Отпусти! — воплю я, изо всех сил извиваясь.

— Расплата будет ужасной, — предупреждает Дар, припечатывая звонкий шлепок на мои ягодицы.

— Ай! Куда ты меня тащишь?

— Сейчас узнаешь, — издевается он и заносит меня в предбанник.

Там меня встречают горячий воздух и его жадные губы. Дарьял накрывает меня поцелуем, оставляя без воли. Я теряюсь между жаром его тела и возрастающим желанием.

— Я от тебя такой подставы не ожидал, — хрипло шепчет Дар, тяжело дыша.

— Извини, — улыбаюсь я. — Я не знала, что нас ждет баня.

— Я тоже, — прикусывает мою нижнюю губу. — Все хорошо?

— Просто замечательно. Иди уже, Кузнечик, — подтруниваю я, легко касаясь его губ языком и выбегаю на улицу.

После мужчин в баню идем мы, оставляя их жарить мясо. Хорошо и приятно. Напряжение последних нескольких дней исчезает и появляется ленивое блаженство. Под крики и хохот готовится ужин. Позже все собираются за большим столом, с гитарами, вином и легким весельем. Все это кажется какой-то сказкой. Но такой реальной, что хочется верить.

— Мажор, скажи мне, нахрена ты все это замутил? — пьяно спрашивает Дарьял, крепко прижимая меня к себе.

— Чтобы ты не заскучал, — усмехается Марат. — Взбодрили тебя немного. Да и с личной жизнью помогли, — подмигивает он мне.

— Сводники! — закатываю глаза, но не могу сдержать улыбки.

— Придурки, — лениво мурлычет Дарьял, скользя губами по моему виску. — Поехали домой?

— Да, поехали, — соглашаюсь я, сладко потягиваясь. — Хотя, еще один вопрос. А что будет с вагонами?

— Да ничего не будет, — улыбается Мирон. — Хозяин завтра заберет.

— Они не помешают? — киваю на железную дорогу, где мы оставили свой транспорт.

— Здесь тупик, — отзывается Медведь.

— Все будет хорошо, не переживай, — заверяет меня Павел. — Мажор все разрулит.

— Конечно, — Марат смешно закатывает глаза и проводит пальцами по струнам так, что внутри все вибрирует.