Вот она, ниточка! Номера скрыты, но камеры на перекрестке могли зафиксировать. Отправляю запрос. Будет за что зацепиться.

Едва успеваю разделаться с текучкой, как телефон призывно вибрирует, привлекая внимание. Ирина, жена Стаса и моя подруга.

— Привет, — принимаю звонок. — Ты по делу или?..

— Чет так грустно, — издалека заходит она. — Пошли в бар? Я угощаю.

— Тебя не смущает, что я на работе? — хмыкаю я, откинувшись на спинку кресла.

— Я тебя умоляю, — смеется Ира. — Когда это кого останавливало.

Вот же змея-искусительница.

— Давай, Лен. Тысячу лет не виделись, — контраргумент просто сносит наповал.

— Ладно, договорились, — вздыхаю я, окончательно сдавая позиции. — Но домой заеду, не хочу шастать по барам в форме.

Быстро собираюсь и без малейшего сожаления ухожу с работы раньше на несколько часов. Просто из вредности. Сажусь в машину и еду домой, в аккурат успевая проскочить до наступления традиционных вечерних пробок.

Около двери меня встречает Муж. Этот лысый кот сидит, как царь, и орет так, будто я опоздала на прием.

— Снова ты? — удивляюсь я. — Мы же договаривались: ночуешь один раз, а потом ищешь свой дом в другом месте. Но нет! Опять ты тут. Еще и требовательный, как начальник.

Кот мяукает, трется о мои ноги и с вызовом смотрит, мол, попробуй не впусти. И я отчетливо понимаю, что у меня нет сил его прогнать. Вздыхаю, открываю дверь, и он тут же заскакивает внутрь, как будто это его квартира.

— Ты просто злоупотребляешь моей добротой, — ворчу я, ставя ему миску с едой на кухне. — Но, если завтра ты снова здесь будешь, я тебя точно сдам соседям. Или завещаю дворнику.

Пока кот ест, я переодеваюсь.

— Слушай, ты хоть знаешь, что такое личные границы? Или у тебя принцип — ломлюсь, куда хочу? — кот что-то скрипит на своем кошачьем и звякает блюдцем о кафельный пол на кухне. — Может, найдем тебе нового хозяина? Напишу в домовой чат, вдруг кто потерял это чудовище.

Фотографирую его. Муж позирует с таким недовольным видом, как будто он звезда, а я надоедливый папарацци. Смеясь, треплю кота по наглой лысой морде и ухожу на встречу с подругой.

Бар встречает меня теплым светом и тихой музыкой. Ирина уже за столиком, машет мне рукой. Иду к ней, стягивая по дороге пальто.

— Ну, рассказывай, — требует она, как только я сажусь.

Мы болтаем обо всем и ни о чем: о ее планах после декрета, о Стасе, о моей новой головной боли в виде дела с елочными игрушками. Постепенно настроение улучшается, и я начинаю расслабляться. Но ненадолго.

— Лен, извини, — Ирина смотрит на экран телефона. — Домой надо. С дочкой что-то случилось.

— Иди уже, — закатываю снисходительно глаза. — Я еще посижу.

Она уходит, а я остаюсь одна с бокалом светлого пива. Уставившись в окно, наблюдаю за украшенной улицей и спешащими куда-то людьми.