Протянув ладонь, он пытается дотронуться до моих волос, но я отталкиваю его руку.

– Хорошо, давай все уладим. Для этого тебе всего лишь придется снова встать на колени, но уже при всех. Либо переспим напоследок, и мы квиты.

Шагнув вперед, я хватаю Брайта за грудки и, стиснув зубы, бью коленом ему между ног. Ногу сводит тупой болью, защитная раковина футбольной экипировки, кажется, с титановой пластиной.

Хрипло выдохнув, Каллум отстраняется и сгибается пополам, хватаясь за пах. Мне бы хотелось причинить ему больше боли, но так тоже сойдет.

– Больная стерва, – сипит он.

Потерев неприятно горящее колено, я ухожу, пока тренер Брайт не заметил, что я пытаюсь лишить его сына возможности иметь наследников, а команду – капитана.

Вижу, как девочки из группы поддержки смотрят на меня с другой стороны поля. А рядом с ними стоит тренер Кинни. Я уверена, в эту самую минуту тренер окончательно убедилась, что мне не место в команде. Возможно, так и есть.

По окончании учебного дня самым приятным впечатлением становится Лайнел, отмывающий мой шкафчик, пока вокруг все хихикают, снимая его на телефоны. На парковке я краем уха слышу, как девчонки обсуждают, что Сойер Вуд тряс Лайнела посреди лестничного проема, доходчиво объясняя, что нельзя портить чужие вещи.

Трясти кого-то ведь не равно драке? Надеюсь, что нет.

* * *«Со мной все в порядке. Все хорошо, меня никто не обижает, и я психически стабильна», – после похода мамы с папой к директору я повторяла эту фразу столько раз, что с радостью ухожу в школу, лишь бы не находиться дома под встревоженными взглядами родителей.

Но и в школе не лучше. Мы с Ви продолжаем игнорировать существование друг друга. Раньше я больше всего любила в школе перерыв на ланч, где мы никак не могли наговориться, теперь же эти перерывы стали бесконечно долгими и напряженными, во время которых бедная Хлоя пытается хоть как-то разговорить нас.

Внезапно вся школа сосредоточилась на Фелисити. На новом цвете ее волос, на рассказах о том, как она божественно играет и поет. Она целыми днями торчит в доме Сойера под предлогом того, что Зоуи стала ее лучшей подругой. У Фелис, как по волшебству, появилась новая одежда, но она упорно твердит родителям, что все это ей отдают новые подруги, у которых шкафы переполнены ненужными шмотками.

По случайному совпадению кто-то отдает ей одежду в моем стиле: джинсы «мом», юбки-трапеции, укороченные свитера. И все в моих любимых светло-розовых и мятных оттенках.

Фелисити филигранно играет в наивную дурочку, которая не понимает, о чем речь, когда я задаю ей вопросы. Я хочу избавиться от этой девчонки, но мама словно под гипнозом: «Она пытается быть похожей на тебя, Райли, разве тебе это не льстит?». Нет, потому что она не подражает мне, Фелисити Ларс словно пытается стать мной.