Хватит!

Если что-то случилось с его девочкой, с его кровиночкой, он весь этот долбаный мир спалит дотла!

- Слушаю, - сразу же сконцентрировался он, не задавая глупых вопросов.

Бойцы уже выехали к Нине.

- Пожалуйста, вы не можете подъехать… сюда, в дом, - быстро заговорила девушка, сбиваясь. - Вы только ничего не подумайте…Вернее… Блин блинский, Руслан Анатольевич, я не знаю, что делать… Нины до сих пор нет. А она…

Холодный пот побежал между лопаток генерала Коваля.

- Ты. Вообще. Кто. Мать твою. Такая.

- Я…Я – Леся.

- Леся? – Руслан с такой силой сжал край стола, что не будь тот изготовлен из цельного среза дерева, тотчас сломался бы.

- Олеся, то есть. И мы поменялись местами с вашей дочерью.

***

- Ванька приедет первым.

- Пусть подождет нас у ворот.

- Кать…

- Рус, пусть подождет! Он напугает девчонку! Ты своего сына не знаешь?

- Я-то знаю, - процедил Руслан, наблюдая, как стрелка спидометра доходит до ста тридцати.

- Он за Нину…

Катя не договорила, откинулась на спинку заднего сидения автомобиля, прикрыла глаза, чтобы в следующую секунду вновь распахнуть их.

- Это как, Руслан? Как можно поменяться местами?

- Ты меня спрашиваешь, Воробушек?

- Я её прибью сама. Лично.

- Не против.

Прибить-то можно, только будет ли толк? И ещё… Руслан не стал произносить вслух терзавшую его мысль.

Если им позвонила некая О-ле-ся, готовая во всем признаться, то вырисовывается следующая картина. Нина и эта Олеся договорились, что первая вернется в дом до определенного срока. И как понимал Руслан, этот срок истек.

Нина не появилась.

Спрашивается – где его дочь?

Спидометр уже показывал сто пятьдесят.

- Не гони.

Пять выигранных минут погоды не сделают. Превысив скорость, они могут оказаться на обочине, в больнице или вообще нигде не оказаться. Коваль предпочитал не рисковать. С ним в машине Катя. Ей ещё жить и жить, внуков нянчить. Нет, он тоже был очень даже не против пожить ещё годков так –дцать, но тут уж как получится.

Катя оказалась права – Вано к дому сестры прибыл первым. Заходить не стал, метался у ворот, как запертый в клетке тигр. Рядом с его машиной стоял целый кортеж из пяти других автомобилей.

Мало ли…

Катя выскочила из машины, не дожидаясь, пока ей откроют дверь. Она спешила. Руслан её отлично понимал. У него и у самого жгло в груди.

Их уже ждали, потому что как только они подошли к воротам, те плавно распахнулись, пропуская их внутрь.

Первое, на что обратил внимание старший Коваль – тишина. Оглушающая и безумно давящая.

Он всегда был против того, чтобы Нина жила одна. У них большой дом, на черта, спрашивается, Руслан пошел на поводу у дочери и согласился на то, чтобы она жила отдельно? Свободы ей захотелось! Или чего?

Катя оказалась права.