Ей дали работу, но забрали волю. Совершенно безвольное существо…

– Пусть этим наркоконтроль занимается.

– Это само собой. Но мы должны расследовать убийство Зуйко… Помнишь, ты говорил, что в ночь накануне своей гибели Зуйко в отгуле была? Нет, она Горожанова в апартаментах принимала. Там, на втором этаже клуба. Она тоже под наркотой была. И тоже хотела быть лучшей. Может, что-то не так сделала. Может, потому Горожанов ее и задушил…

– Почему Горожанов? Может, кто-то другой?"

"Признаться, я и сам бы мог усомниться в том, что Зуйко убил именно Горожанов. Но интуиция подсказывала, что зарытую собаку нужно искать здесь.

На тот же путь наводила и логика. Ведь именно Горожанов заказал Галине Свирцевой своего пособника Шрама. Девушка справилась с заданием, а потом уехала в его джипе, больше живой никто ее не видел.

– Нет, Горожанов это. Точно тебе говорю… Шрам и Жерновой давно с ним. И Зуйко не первая, кого они на кладбище привезли. Сторожа, говорю же, их знали, вот что интересно, даже кличку Шраму дали… Может, Горожанов – псих? Может, он удовольствие получает оттого, что людей душит, а?.. Короче, чтобы там ни случилось, а я от Горожанова не отступлюсь.

– Да?.. – крепко и мрачно задумался Марцев.

И встрепенувшись, проясненно посмотрел на меня.

– А тебя никто и не заставляет отступаться от этого дела. Более того, я настаиваю, чтобы ты им занимался… Дело закрыто, но мы все равно будем искать факты, чтобы вернуть его на доследование. Все-таки Юрка был нашим другом…

– Был, – кивнул я. И вопросительно посмотрел на начальника. – Может, по пять капель? Не чокаясь.

– По пять капель? – подозрительно посмотрел на меня начальник.

– А в каких количествах?

– В народных.

– Значит, в больших… Но в малых дозах?

– Мы же не враги своему здоровью…

Водка пошла легко, как по маслу, и мы с Марцевым не заметили, как опустела первая бутылка. Могли бы взяться и за вторую, но дело в том, что не было у меня этой второй. А в магазин Марцев идти отказался. Вспомнил вдруг, что он за рулем и что ему пора на службу.

Он ушел, а я лег спать. Разбудил меня пронзительный звонок. Я спросонья решил, что это вернулся начальник, раскаявшийся в своем служебном рвении. И, конечно же, с бутылкой.

Но на пороге стоял Олег Семиряднов. Как всегда, весь из себя.

И в глазу, казалось, ни единой соринки. А ведь бревно там, и какое. Двинуть бы ему этим бревном по голове.

– Чего нужно? – угрюмо спросил я.

– Может, в дом пустишь? – ничуть, казалось, не смутившись, спросил он.

– Это мне подвинуться надо, – ехидно ответил я. – Ты же видишь, я на костылях…

– А если у меня разговор серьезный?

Я молча повернулся к нему спиной и направился в гостиную, где на журнальном столике стояли две стопки и тарелка с остатками закуски.

– С кем это ты? – спросил Семиряднов.