У меня тоже есть своя история. И она совсем другая. Когда началась война, я уже полностью осознал, чего лишила меня судьба, и с отчаяния совершал много безрассудств. В результате одного из рискованных поступков оказался в изощренной ловушке, приготовленной людьми для драконов. Против нас использовали наши же артефакты. Когда на лесную поляну вышел человек, я был обездвижен и лишен возможности обратиться. Ничего не мешало ему меня добить. К тому времени я уже смирился со скорым концом, ожидая его с облегчением.

Но воин поступил по-другому. Он не стал убивать безоружного. Разрушил ловушку и освободил меня. Из-за потери сил я был слишком слаб и не мог сразу перекинуться. У человека все еще оставалась возможность расправиться со мной. Но он лишь покачал головой и ушел. Я быстро восстановился и вернулся к своим. А через неделю увидел своего спасителя в лагере драконов. Плененного и ожидающего казни. Ближайшей ночью я вернул долг. Выпустил его из клетки и тайно вывел из лагеря.

— Да благословит тебя Всевышний, — произнес он тогда и исчез в темноте.

Война скоро закончилась. Люди и драконы перестали истреблять друг друга. Но этого мужчину я помнил долго. Он стал для меня примером благородства. Показал, что даже в бою можно сохранить человечность. Мне захотелось больше узнать о людях. Но, к сожалению, пожелание воина не сбылось. Всевышний меня не благословил. Наши лучшие умы так и не смогли разгадать загадку ущербного гена. А те, кому не повезло с ним родиться, не получили надежду обрести истинную пару.

В кабинет заглядывает секретарь, вырывая меня из воспоминаний и напомнив о тренировке. Сначала провожу общую. А потом жду Лин, с нетерпением прохаживаясь по площадке. И уже когда решаю, что она не появится, замечаю ее. Все в том же костюме и новой маске. Радуюсь, что та, кто занимает все мои мысли, не отказалась от занятий. И одновременно огорчаюсь, что не увижу ее лицо. Оно не дает мне нормально спать. Но подойдя ближе, девушка стягивает маску и плащ, откладывая в сторону. В груди разливается тепло, хотя бы в этом она мне доверяет.

— Здравствуй, Лин, — стараюсь говорить спокойно, не пугать ее своими эмоциями. — Рад, что ты пришла. Продолжим занятия?

Она лишь коротко кивает. Вглядываюсь внимательнее в прекрасные черты. И вижу то, что меня настораживает. Глубокую печаль в медовых глазах, чуть сильнее залегшие тени под ними. Общее напряжение во всем ее хрупком облике. Решаю, что просто так ее не отпущу, обязательно попытаюсь разговорить. Но сначала тренировка. Подробно объясняю новые движения и предлагаю перейти к практике. Однако сегодня все идет не по плану. Искусство боя требует полного сосредоточения. Все, что ему мешает, надо оставлять за пределами площадки. Но у нас обоих это не получается.