Мы даже не прощаемся: я просто убегаю к себе в номер. Собираюсь за минуту, а через полчаса меня уже ждет машина и тот самый маленький, похожий на чайку, самолет.

Из аэропорта — сразу в больницу. Так тороплюсь, что пару раз чуть не падаю, но каким- то чудом все же добираюсь до больницы чистой.

Не знаю, что произошло за четыре часа с момента моего последнего разговора с врачом, но мама уже лежит в индивидуальной палате, у нее есть все, что нужно и врач улыбается так, словно я поманила его сахарной косточкой. Оказывается, все совсем не так страшно, но из врачебной предосторожности, и чтобы не давать призрачных надежд, он и сгустил краски.

Но теперь, когда у мамы есть все необходимое и самое лучшее, она быстро поправится.

Я только пытаюсь задуматься о том, что же произошло, а в коридоре уже появляется знакомая фигура в модном пальто. И все становится на свои места.

Дима.

Он подходит ко мне и, ни слова не говоря, обнимает так крепко, что я не могу не заплакать. Это просто стресс, слезы, которые нужно пролить, чтобы почувствовать облегчение."

"— С ней все будет хорошо, Кира, — говорит Дима куда-то мне в макушку.

Это все так знакомо, что в моей штормящей жизни больше похоже на островок покоя, на котором я с радостью сушу весла после того, как чуть не утонула в шторме.

Пытаюсь сказать спасибо, но получается невразумительное бормотание, которое Дима тут же глушит осторожным, но твердым: «Не нужно, Кира». Я ухожу к маме, а он обещает вернуться вечером. Мама то и дело извиняется, что снова доставляет мне беспокойство, так что первые минуту нашего общения скорее напоминают игру в настольный теннис: она просить прощения, я говорю, что люблю ее и приехала бы к ней даже с северного полюса.

Потом, как ребенка, кормлю с ложки, а потом мама просит найти ее любимый сериал про деревенскую золушку. Пока ищу нужный канал, натыкаюсь на знакомое лицо… Габриэля.

И на мгновение впадаю ступор, почему-то решив, что он прорубил дыру в стене и смотрит на меня из черного бутафорского ободка. Это просто музыкальный канал, который транслирует пятиминутки самых хитовых новостей из социальных сетей. И одна из них: про номер три в десятке самых завидных холостяков-миллионеров, и его «загадочную спутницу».

Я успеваю выхватывать реплики ведущей: «парочка», «проводит время», «один из самых романтических городов Европы», «разведенный красавчик забылся в объятиях…».

Что-то так больно колет меня под ребрами, что подкашиваются ноги и я опадаю на стул, словно пробитый спицей воздушный шарик. И сейчас кажется, что на этой планете нет силы, способной поднять меня обратно на ноги.

Это не ревность, конечно же.

Это просто…

Он же свободный мужчина.

Свободный красивый мужчина.