Его пальцы потянулись к пояску и быстро справились с незамысловатым узлом, освобождая халатик от оков. Чёрная змейка полетела вниз и, мягко опустившись на подъёмы стоп, пощекотала кожу. Едва касаясь моего тела, Дмитрий подцепил кончиками пальцев края ворота халатика, и медленным движением стянул его с плеч. Прохладная, тяжёлая ткань тотчас устремилась следом за поясом, по пути обнажая и оглаживая собой слишком чувствительную кожу, на которой вздыбились крошечные волоски. Дрожь мгновенно завладела телом, но не от холода, а от откровенного, голодного взгляда. Втянув резко воздух, Дмитрий сосредоточено отсканировал меня с ног до головы, от чего моё тело острее разгорелось в ответном желании близости. — Я так и думал. Идеально подошло. — хрипло констатировал и, опустив жаркие ладони на грудь, мягко сжал оба полушария, выдыхая глухой полустон.

Вытащив рубашку из-под пояса брюк, обняла его за обнаженную спину, прижавшись лбом к солнечному сплетению. Вдохнув любимый запах мужчины, прислонила губы к солоноватой коже и поцеловала её, отчётливо улавливая учащённый ритм сердца. Оно стучало набатом в моей голове. Гулко и мощно. Отражая его реакцию на меня. От такой близости невероятно зашкаливает адреналин в крови. Разум затягивает пьяной пеленой удовольствия, какой-то дикой эйфорией. Это чувство непроизвольно вытягивает из моей груди блаженный, тихий стон наряду со счастливой улыбкой. И он ощущает её. В ответ обнимает одной рукой за талию, а второй зажимает волосы легонько в кулак, целует мой висок, нежно прижимаясь к нему губами. Мы молча простояли так с минуту, затем Дима снова заговорил, разрывая звонкую тишину очередным откровением."

"— Приезд Алекса никаким образом не является проявлением моей жалости. Я не пытался возвыситься в твоих глазах, Ася, уж тем более не намеривался с помощью мальчика поднять свою значимость, лишь оказал поддержку. Я бы не отважился унизить тебя этим чувством. Жалость разрушает человека. Это было бы эгоистично с моей стороны. Я лишь предлагаю помощь, которую ты не в силах попросить из-за гордости, хоть и являешься далеко неслабой женщиной. Ты неглупая. Значит можешь сделать правильные выводы. Уверен: сама прекрасно понимаешь, на каких условиях он здесь останется. Я не стану играть на чувствах ребёнка, окончательно разрушая его внутренний мир.

— Ты готов заплатить баснословную сумму? Несколько десятков тысяч долларов для того, чтобы нам помочь? — этот разговор мне даётся слишком тяжело. Я продолжаю дышать ему в грудь, пряча влажные глаза и кусая до боли губу. — Сегодня я рассчитывала выставить усадьбу деда на продажу. Этих денег хватило бы, но…

— Можно обойтись и без таких трат, — перебил меня Дмитрий.