— Ш-ш-шь… тише… тише малыш, не верну, — поглаживаю хрупкое тельце по спине, а у самого состояние от его просьбы — хоть волком вой на луну! Ломит всего. Скручивает до тошноты от нехватки воздуха. Какой же он худенький, косточки прощупываются на позвоночнике, пальцами можно сосчитать рёбра, лёгкий, словно пушинка.

— Мужчины не плачут, Алекс, лишь огорчаются, запомни это, — да хрен там! У самого слёзы наворачиваются на глаза. — Поехали домой, малыш! Мама ждёт. Она тебя слишком любит, — бросаю взгляд на циферблат наручных часов и хмурюсь, глядя на время. Оставляя Настю под надёжным присмотром матери, я всё же волновался за неё. Меня вдруг осенила внезапная мысль.

— Сашка? — успокаивая мальчика, я не придал значения его словам о девочках, а стоило.

— Что, пап?

— Когда-нибудь мама сама захочет подарить вам маленькую сестрёнку. И если такое случится — вы с Илюхой просто обязаны будете её защищать и оберегать. Договорились?

— Угу, — соглашаясь с моими словами, кивнул. — А кто такой Илюха?

— Мой сын. Теперь и твой брат. Он немного младше тебя, но вы подружитесь. Ну так как? Едем или ты передумал?

— Не передумал. Хочу домой, к маме. Ты только не отпускай меня, пап… ладно?

— Не отпущу, малыш. Слишком сладко пахнешь мамулечкой Асей…

— Дмитрий Александрович, я запущу процесс усыновления. Не думаю, что стоит тянуть кота за хвост. Ася не будет против. Саша для неё дороже жизни…

Глава 16. Откровение

— Ася, ты заболела? — раздалось негромко над ухом.

Маленькая ладошка уверенно опустилась на мой лоб, окончательно развеяв остатки сна. Открываю медленно глаза, пытаясь разглядеть хмурое лицо Ильи.

— Со мной всё хорошо, малыш, не волнуйся, — заверила хрипловатым голосом, натягивая одеяло повыше.

— Темпелатулы нет. Ты в полядке. Можешь вставать.

— Ух ты! У меня есть собственный семейный врач?

Улыбаюсь маленькому заботливому мальчику, который с первой встречи покорил меня, завладев моим сердцем, как и его отец.

— Мне Катя так делала, когда я болел. Папа сказал тебя не тливожить… Ася… я хочу иглать в саду. Бабушка Нина плиехала. Пиложки жалит. Пойдём обедать.

Малыш грустно выдохнул, выпячивая нижнюю губку.

— Я сейчас спущусь, Илюшка. Иди, приготовь для меня место за столом.

— Ага. Я быстло! — его настроение изменилось, будто по щелчку пальцев. — Только ты недолго! Холошо?

— Я мигом тебя догоню, беги, — прокричала ему вслед."

"Дмитрий уехал второпях, оставив меня одну в обнимку с его подушкой, на прощание напомнив лишь о том, что у меня больше нет «моих» проблем. Стоило мне проснуться, как неудержимые мысли тотчас ворвались в мою голову и принялись терзать её до умопомрачения. Я пытаюсь хоть как-то успокоиться, вдыхая медленно и глубоко полюбившийся запах, пропитавший насквозь ткань с наполнителем.