Мы оба упрямые. Я давлю – она шипит. Забавная.

Немного накрывает паникой. А вдруг что-то не так со здоровьем? Внутри все сжимается.

Ну что ты, мой котенок?

Вернись ко мне, пожалуйста. Я все решу.

Набираю номер клиники. Прошу дать жену главврача. С женщиной проще договориться.

— Добрый день, Марина Сергеевна. Это Вертинский.

— Добрый, Мирон. Как здоровье?

— Все отлично, благодаря вашему супругу.

— Замечательно, — пауза затягивается.

— Сегодня моя жена приходила на осмотр к гинекологу. Хотелось бы узнать результаты.

— Хм, — усмехается женщина. — Откуда же мне знать результаты, я психотерапевт.

— Ну вы же можете узнать.

— Я-то могу, но не буду. Врачебная тайна.

— Да бросьте, я же за супругу переживаю.

— Вот супруга тебе все и расскажет, нет у меня таких полномочий.

— Марина Сергеевна…

— Все, Мирон, мне пора. У меня прием, — строго сообщает женщина и скидывает звонок.

Тру лицо, встаю с кресла. Может, я зря паникую, и все хорошо. Девочка имеет право просто погулять. Только вот раньше она одна никогда не гуляла, только с Алисой или со мной. И мне уже спокойно не работается. Я душу ее? Сильно давлю? Да вроде нет, иногда психую, но держу себя в руках, пытаюсь объяснять свою точку зрения.

Охрана сообщает, что Милана едет домой, и они уже рядом. Пытаюсь работать, но я словно натянутая струна постоянно прислушиваюсь к посторонним шумам в ожидании супруги.

Слышу её голос в прихожей. Ругает нашего пса, который, похоже, опять погрыз мячик Алисы, затем разговаривает с Людой и поднимается наверх. Ко мне не заходит, хотя знает, что я в кабинете. Выключаю компьютер, убираю папки с документами в шкафы и иду наверх. Может, я себя накручиваю, но на душе неспокойно. Милана всегда живая, активная, даже когда злится.

Прохожу в спальню, ее одежда в кресле, телефон и сумочка на тумбе, из ванной слышится шум воды. Дёргаю дверь – заперта. Сажусь в кресло. Жду. Женщина имеет право запереться в ванной. Проходит десять минут, двадцать, полчаса – Милана не выходит. Вода давно не льется. Я достаточно терпелив, но нервы сдают. Кажется, что что-то происходит, а я не в курсе. Ненавижу быть в неведенье.

Дверь в ванную наконец-то открывается, Милана выходит с влажными волосами, в одной тонкой маечке и белых трусиках. Такая юная, кажется, совсем девчонка. Видит меня и тут же прячет глаза, отворачиваясь к шкафу.

— Привет, ты задержалась. Что-то случилось? — пытаюсь говорить как можно спокойнее, хотя я уже понимаю, что не все в порядке.

— Нет, все хорошо, — отзывается она, а голос дрожит.

— Посмотри на меня, — тон становится требовательным. Не поворачивается, продолжая что-то искать в шкафу. Встаю с кресла, подхожу к ней сзади, резко закрываю шкаф, отражая нас в зеркальной дверце, обхватываю жену за талию, осматривая Милану. Мы встречаемся взглядами.