Глава 3

Тимур

Поблагодарил вежливо родственничков за ужин и поднялся из-за стола, отец возражать не стал. Извинившись перед дамами, поднялся вслед за мной и кивнув, направился в кабинет. Оказавшись в кабинете и прикрыв за собой дверь, прошел внутрь и опустился в кресло. Вынул из сигарету из лежащей на столе пачки и закурил, откинувшись на спинку кресла.

—Ну как тебе Маша? — поинтересовался отец, глядя на меня с надеждой во взгляде. Да, поплыл батя. Что я мог ему ответить? Кроме ругательств в голову ничего путного не пришло. Забыл уже, как однажды женившись вот на такой шмаре, потом бухал беспробудно несколько месяцев, когда она за границу с любовником свалила, забыв о существовании мужа и сына. Ведь сам же потом мне все детство твердил, что баб только трахать нужно, а тут Маша, блядь. Совсем умом тронулся на старости лет.

—Баба, как баба, — ответил сухо, хотелось бы сказать больше, да ведь не услышит, а ссориться сейчас мне совсем не хотелось. Да и вряд ли этот брак долго продержится, активы-то все на меня записаны, как и недвижимость, у отца только этот дом остался. Как только эти шмары поймут, что ловить здесь нечего, так сами сольются и поминай, как звали."

"—Я вот, о чем хотел попросить, — неуверенно произнес отец, потирая лоб рукой, — Риточка в Москву поступила, а мы с матерью переживаем, молоденькая она совсем, одной в большом городе ей сложно будет, ты бы присмотрел за ней. Пусть у тебя поживет, дом большой, места хватит, — огорошил меня отец.

Занавес, млин. Я еще роль няньки не играл, Риточку у себя поселить, и на кой хрен она мне там сдалась? Молоденькая, блядь, видел я таких молоденьких, палец сунь — по локоть отгрызут, невинно хлопая глазками. Не хватало мне только, чтобы перед глазами у меня мельтешила изо дня в день.

—Бать, не думаю, что это хорошая идея, — покачал отрицательно головой, наполняя дымом легкие.

—Тим, я редко тебя о чем-то прошу, ну тебе сложно, что ли? — запрещенный прием, он действительно почти никогда ни о чем не просил и в дела мои не лез, отказать отцу в просьбе, означало проявить неуважение, а отца я уважал. Он всегда в моих глазах авторитетом был.

—Бать, ну когда мне за ней присматривать, ты же знаешь, как я живу, — попытался отговорить его от этой бредовой идеи, — снимите ей квартиру, пусть себе живет и радуется.

—Тим, — вздохнул отец, подобравшись и заглядывая мне в глаза, — она же девочка совсем, наивная, а там уродов сколько, не дай Бог с ней что случится, а с тобой она как у Христа за пазухой будет.

Вздохнул глубоко и махнул рукой. Черт с ним, бесполезно в чем-то убеждать, если бате чего в голову ударило, то хер отговоришь. Как со стеной спорить. С другой стороны, может оно к лучшему, глядишь, трахну ее разок другой, даже идти далеко не придется.