Дёргаю ручку, собираясь прекратить этот спектакль и высказать его актерам все, что о них думаю, но Колос блокирует дверь и нажимает на газ, выезжая со двора.

— Колос, блять, останови машину! — психую, дёргаю ручку ещё раз, пытаюсь открыть замок, но нихера не поддаётся. Да какого черта!

— Тош, не надо, — пищит испуганно Алиса с переднего сиденья, — ты в драку ввяжешься на эмоциях, а разборки никому не нужны. Лучше остынь и поговори с ней завтра, пожалуйста, — она тянется ко мне и кладет руку на плечо, поглаживая, успокаивая. А я не могу. У меня то ли дыра в сердце, то ли вулкан бушующий, то ли драться хочется, то ли плакать.

Я не знаю, что чувствую, потому что не чувствую ни черта. Она пару часов назад стояла голая передо мной в ванной и просила трахать её без резинки, потому что принимает таблетки. Я вчера этого мужика с цветами встретил, он тоже от нее шел? После того, как мы на комоде в её прихожей любовью занимались?

Охренеть как круто. Просто зашибись.

— Домой тебя отвезу, там сиди, — рычит Колос. Сам бесится, вижу же. Я когда его попросил меня к Оле отвезти, он обрадовался за меня, а теперь психует. А я просто в ауте каком-то.

— Держи цветы, Алис, — тяну ромашки вперёд, передавая их Колосовой, — жалко выбрасывать, красивый букет.

— Тош… — говорит так жалобно, что чуть ли не плачет, а у меня от этого пиздеца тоже ком в горле становится.

Потому что я нихера не понимаю!

— Бери. Цветы хорошим девушкам дарить надо, а ты хорошая, — говорю, опуская голову. — Сорян, друзья, что ездили зря, не хотел отвлекать вас попусту.

У меня внутри дыра черная, куда затянуло сердце и душу, а ещё ребра в крошево перебитые. Я отказываюсь принимать увиденное, но к сожалению, от моего отказа верить в то, что я видел, реальность не изменится.

Вырубаю телефон, прощаюсь с друзьями и иду к себе, заваливаясь на кровать. Хочу спать. И пошло оно все к черту.

Глава 22. Оля

Кажется, я окончательно растаяла от этого напора мягкого и теплого котика. Невозможно сопротивляться ему долго, какие бы проблемы и стены не были между нами. Мои чувства к Антону растут с каждым днём, и я пыталась удерживать их долгое время, но не получалось ничего. Поэтому я сдаюсь. Опускаю руки в этой войне и позволяю себе хотя бы немножко побыть счастливой.

Я не знаю, что будет завтра, даже что случится через час — не знаю. Я все ещё не представляю, как могу рассказать Матюше, что у меня появился мужчина. Я только знаю, что он отреагирует болезненно, но справится ли Антон?

Мне очень сложно, но я стараюсь не думать обо всем плохом, что меня окружает. Я знаю, что сейчас мой ребенок абсолютно счастлив с моей матерью, и отпускаю себя, кружась перед зеркалом.